Сейчас ей было не до проблем лавки, решалась судьба сына и ее собственная.
Я внимательно пригляделась к стоящему возле дверей улыбающемуся старичку – длинноносый, худощавый, с выцветшими глазами. Нет, Вера ошибается, их защита в порядке – потери магии стандартны. Старичок не выглядит слишком уж сытым, обыкновенный безобидный хрумис.
Я также считаю, что собиратели излишек магии полезны, если знать, как к ним подступиться.
Уже возле автомобиля я еще раз обернулась, подчиняясь импульсу и неожиданной мысли. Наверняка у меня повышенная тревожность, но, если не предупрежу, буду потом долго мучиться угрызениями совести
– Уважаемый! – окликнула я хрумиса. – Вы бы не стояли так близко возле стены. Витрина и вывеска после недавнего ремонта, а вдруг мастера схалтурили, недосмотрели?
Невзрачный старичок на миг задумался, а затем кивнул и отошел от порога лавки.
Макс, хмыкнув, обошел автомобиль, чтобы сесть на место водителя.
Кристовский галантно открыл дверь и для меня, и для новообретенных родственников.
Когда отъезжали, сын ведьмы восторженно воскликнул:
– Вывеска упала!
Внутри екнуло от страха. Вот это совпадение!
Я посмотрела в боковое зеркало: темпераментно махала руками Орлова – часть неонового названия ее лавки повисла на проводах. Отскочивший подальше хрумис вторил ведьме, потрясая худосочными кулаками.
– Тетя, ты предсказательница? – тихо, с легким испугом спросил мальчик.
Мое горло перехватило. Только такой славы мне и не хватало!
Был период, когда на предсказателей охотились: спецслужбы – чтобы использовать в своих целях; рептилоиды – чтобы мучительно страшно убить. Предсказатели могли указать точку, где откроется межмировой портал, тем самым мешая ящерам захватить Землю.
– Тетя может накаркать неприятности, – рассмеялся вдруг Макс. – Пророчица неприятностей.
– Пророки – это что-то из религии? – переключился на другую, неопасную тему ребенок.
– Ага, чуют неприятности и предупреждают. Главное, не совершать дурных поступков, и наказания не будет, – весело болтал Макс.
– Так это тогда кармой называется! – обрадовался знакомому понятию мальчик.
Слушая, как мой телохранитель его забалтывает, я выровняла дыхание. Кажется, обошлось.
У меня нет дара предсказателя, нет! Я обыкновенный человек без магических способностей, это проверялось, когда училась на конфликтолога.
Но даже подозрение в ясновидении – огромная проблема. Пристальное внимание спецслужб, магов, вампиров и оборотней мне не нужно.
А еще говорят (и я верю в это), среди нас затерялись рептилоиды. Шпионы и диверсанты, они ждут подходящего момента, чтобы открыть врата в свой мир и впустить новую армаду. Огнем и магией они доделают то, что не успели в первый прорыв: уничтожат человечество.
Предсказатели – угроза их планам. И выяснять, есть ли у меня дар или нет, ящеры не станут.
Они примут превентивные меры: убьют с особой жестокостью.
Я побаивалась расспросов Кристовского о хрумисе и вывеске, но вампир вел себя, словно ничего странного не произошло. Решил, что это совпадение, или позже меня ожидает жесткий допрос?
Ни одно тестирование в вузе не выявило у меня магического дара, будет обидно, если припишут то, чего нет.
Ладно, сейчас мои отсутствующие способности неважны, главнее Анна и ее прощение.
В больницу мы вошли через черный ход.
Рон, телохранитель Кристовского, кому-то позвонил, и в холле возле служебного лифта нас встретила красивая рыжеволосая вампиресса в белом халате.