Читать книгу «Сокровище нефритового змея» онлайн

– Нет, вестимо, не растает паутина от твоих слов, – усмехаясь, прощелкал хельсарх. – А вот от ладоней твоих колдовских – растает.

– От ладоней? – удивилась я, взглянув на них будто в первый раз. – Не припомню, чтобы они были колдовскими.

– Сомнение – дорога во тьму, Эвиссаэш. Приложи руки к паутине и пожелай.

Я хмыкнула, послушавшись, но ничуть не веря в то, что поможет. Разве что надеясь немного.

В конце концов, если бы я умела растапливать паутину, то это уже давно произошло бы. Еще в тот момент, когда, очнувшись, я пыталась ее разорвать.

– Помни правило главное, Айяала, – сказал вдруг Хортанаирис, впервые назвав меня этим титулом. Я даже вздрогнула от неожиданности. – Как человек не примет в сердце свое чужака, так и паутина не подчинится чужачке. Как не коснешься ты устами своими врага, так и паучья магия не заструится в тебе до тех пор, пока не поймешь ты, что она – твое сердце…

От слов хельсарха все внутри меня будто перевернулось.

Паучья магия – мое сердце! Вот чего мне не хватало все эти годы… Понимания, что я – дочь шаррваль. Это было лучшим признанием того, что моя родина – здесь. Что мои родители – дети этого каньона, а я сама – носительница силы пауков.

Когда-то это могло шокировать меня. Но сейчас, после всего случившегося, когда по щекам вдруг сами собой полились слезы, я поняла, что мое сердце действительно в Стеклянном каньоне.

Я не боюсь пауков. Я слышу их голоса, потому что являюсь частью древней магии. Значит, и паутина для меня – как мягкий пух для лебедя. Часть жизни…

Я закрыла глаза, тихо всхлипнув и погладив шелковистый покров кокона, представляя, как Джерхан оплетал меня им. Чтобы до меня не могли добраться ни солааны, ни каменный обвал, если тому вдруг вздумается случиться.

Паутина была моей защитницей. И когда я открыла глаза, оказалось, что кокон медленно тает под моими пальцами. Но он не исчезает, как туман, а будто впитывается прямо в кожу.

Это было удивительно! И ни капли не пугало.

– Паутина – полезное вещество, и оно не должно пропадать зазря, – объяснил хельсарх, хотя это и не было нужно. Меня и так все устраивало. – Как исчезает она в твоем теле, так и сможет затем появиться вновь по твоему приказу, великая Айяала.

– Почему ты меня так называешь? – тихо спросила я, продолжая гладить кокон и с каким-то удивительным удовольствием наблюдая за его исчезновением.

– Потому что ты избранная, Эвиссаэш. Узрел я это, еще когда впервые встретил тебя там… среди пустынных кактусов Шейсары. Но ветвиста паутина Красной матери. И дороги ее не известны никому.

Тем временем кокон с одной стороны окончательно растаял, и я сумела выбраться наружу, прихватив с собой и хельсарха. Он удобно устроился у меня на плече и, кажется, не планировал слезать.

– Но я едва не умерла, – проговорила я, глубоко вздохнув. – И даже Джерхан решил, что меня больше нет.

Руки сами собой коснулись живота, и тут же я убрала их назад, словно боялась обжечься.

Прежде страшно было думать о том, что во мне есть две другие жизни. Теперь страшно было представить, что после случившегося их может уже не быть.

Кажется, хельсарх заметил неловкое движение нервных рук.

– Моя в том вина, Эвиссаэш, – ответил он спокойно. – Мой укус не только вывел из крови твоей яд, но и на время погрузил тело твое и тела твоих маленьких паучков в магический сон, который выглядел для всех смертью черной. Казалось, что ваши сердца не бьются и никогда более не услышит мир их мерного стука. Мой яд остановил их почти насовсем, но все же не до конца. Это магия, которой мы, пауки, обладаем с мира сотворения. Слюна паучьего колдуна замедлить способна все реакции организма, а слюна хельсарха – и вовсе в магический стазис погружает.

– Это… не опасно? – тихо спросила я, стараясь, чтобы голос не сорвался.

Но он почему-то все равно дрожал.

– Не волнуйся, Эвиссаэш. Никто не повредит паучкам твоим. Ни свет, ни тьма. Ни боги, ни демоны…

Я громко сглотнула, пытаясь избавиться от кома в горле и от непрошеных слез.

Хельсарх не стал объяснять, что он имел в виду, но мне вдруг оказалось достаточно и этого.

Мы были живы. Все… трое.

Выбравшись из кокона, я огляделась по сторонам, мгновенно замечая, как утоптана оказалась мягкая трава, что росла здесь прежде. Следы тысяч ног вели прочь из пещеры в сторону тоннеля, который я прежде не замечала. И где-то вдали, в глубине этого перехода, я слышала топот и гомон.

Что случилось? Почему здесь больше совсем никого нет?..