– Жаль тебя, – выдохнула я тихо. – Всех жаль… А я не знаю, как помочь…
– Только Красная мать ведает, – снова вставил свои пять контиев паук, а я взорвалась:
– Да что ты заладил со своей Красной?.. – и вдруг осеклась, дотронувшись кончиками пальцев до ожерелья Лориавель. Быстро отстегнула его и взглянула на одну маленькую бутылочку с чуть сверкающей розовой жидкостью.
А потом перевела взгляд на Хортанаириса. Тот смотрел на меня молчаливо и хитро, а десятки его глаз все так же загадочно сверкали во мраке.
– Что будет, если я выпью эту настойку? – спросила я еле слышно, крутя в пальцах один из бесценных подарков дочери Ильхамеса.
Настойку Турмалинового рододендрона, священного древа, которое прямо сейчас доживало свои последние минуты рядом.
Меня бросило в жар.
По словам Лори, тот, кто выпьет ее, получит благословение и узрит силу Красной матери. А я подозревала, что без пресловутой паучьей богини нам тут не разобраться.
Вдруг я сейчас выпью ее и прямо сюда явится громадная паучиха? А что? Попрошу ее вернуть Джерхана назад и вылечить несчастное дерево. Пусть сама со всем разбирается! Богиня она или нет?..
В общем, меня изрядно потряхивало от страха, и в голову лезли самые дурацкие мысли.
– Может и ничего не произойти… а может – многое, – ответил тогда хельсарх. – Ты боишься потерять себя? Боишься, что Мать поработит тебя, как Нефритового змея?
Я резко выдохнула, широко распахнув глаза.
– А что, может?!
– В настойке сила та же самая, что сотворила из Джерхана Айша Великого, – подтвердил паук невозмутимо.
– Вот теперь я и этого боюсь!
Хортанаирис ощутимо защелкал, пока я пыталась оправиться от шока. А потом он как-то будто бы вздохнул и неторопливо проговорил:
– Ты помнить должна, что не каждый стал бы Айшем на месте Джерхана. Слабый духом и черствый сердцем остался бы ни с чем. Лишь избранный способен познать силу Красной матери и миру явить ее чудеса. Веришь ли ты, что ты такая?
– Нет, – резко хмыкнула я, а затем быстро откупорила бутылек и вылила в рот все его содержимое.
Потому что если нужно быть избранной для того, чтобы случилось нечто ужасное, то мне бояться нечего. Я всего лишь девчонка с окраины Шейсары.
Так что не надо нам великих чудес, пусть случится хотя бы одно, самое маленькое чудо…
Но ничего не произошло. Только странная, немного вязкая жидкость упала в желудок, обжигая медовой сладостью.
– И что, это все? – тихо спросила я, не ощущая вообще ровным счетом ничего.
Разве что странную каменную тишину, вдруг будто ударившую по ушам.
– Ну а что надобно тебе еще, Эвиссаэш? – прощелкал хельсарх у меня на плече.
– То есть Красная мать не явится, а у меня не отрастут паучьи ноги? – уточнила я, опустив взгляд и настороженно разглядывая торчащие из-под паутинного платья мягкие бабуши.
Но обувь осталась на месте, а лишние конечности не торопились отрастать.
– Судя по всему – так и есть. Все, что нужно, случилось уже, Айяала, – мелодично пропел паук, как-то странно глядя на меня.
– Но что мне делать? – ахнула я, разведя руки в стороны. – Ведь проблема-то так и не решена!
Отчаяние становилось все сильнее.
– Неведомо это мне, Эвиссаэш. Но коли требуется тебе мнение мое, то на месте твоем я поспешил был за Великим Айшем.