– А как зовется твой род? – спросила я тогда.
Дочка жреца бросила на меня веселый взгляд через плечо и ответила:
– Моя семья из простых жителей каньона. Мы никогда не имели рода имени. Но когда у отца моего обнаружился дар, что по наследству мне передался, царь Джафари, земля ему паутиной, пожаловал ему имя рода – Кругопряд.
– Получается, ты Лориавель Кругопряд? – улыбнулась я, удивляясь тому, как интересно складываются имена у шаррвальцев.
– Да, и если ты станешь Айяалой и обретешь магию, тебе тоже пожалуют имя рода, – продолжала девушка, активно увлекая меня в сеть каменных коридоров.
Я фыркнула.
– А разве я не должна буду взять имя рода Великого Айша? Какое оно у него, кстати?
Лориавель хитро улыбнулась.
– Нет. Великий Айш – первый хекшаррахний. И у него нет имени рода, потому что он… ну… полубог?.. Наверное, имя появится когда-нибудь, когда он сможет его кому-нибудь передать. Все мы к тому времени будем уже жить на поверхности, есть сочные фрукты и на солнышке плясать.
Девушка весело улыбнулась.
– Ты думаешь, мы так проводим свободное время на поверхности, да? – хмыкнула я.
– Конечно, – усмехнулась она и подмигнула мне, касаясь рукой какой-то тяжелой каменной двери.
– Кстати, куда ты меня привела? – наконец сообразила я спросить, несколько подзабыв, с чего началась наша утренняя прогулка.
И очень зря.
– В пещеру Хрустальных пауков, конечно! – всплеснула руками Лориавель, и неподъемная гранитная дверь с треском стала отодвигаться в сторону.
Я задержала дыхание. Хотела зажмуриться и попятиться назад, а потом и вовсе скрыться где-нибудь в недрах темных тоннелей. Но что-то подсказывало, что от Лориавель так просто не избавиться.
– Проходи-проходи! – потянула она меня за собой, а я наконец решилась поглядеть, где мы оказались.
И… это было удивительно. Я не могла поверить своим глазам, потому что передо мной раскинулось огромное пространство, напоминающее диковинную подземную шахту, со всех сторон сверкающую тончайшими нитями паутины. Но паутина эта была непростой.
Мельчайшие волоски блестели и переливались в свете тираанов, что росли на стенах. Здесь не было ни одной масляной лампады, и лишь колдовские грибы освещали пространство. Правда, приглядевшись, я увидела высоко под потолком дивные сталактиты, опутанные все той же паутиной. Сталактиты сияли, и казалось, что это светят коконы хрустальных нитей поверх них.
– Огонь нельзя зажигать здесь, паучкам чтобы не повредить, – пояснила дочка жреца, словно читая мои мысли.
Я кивнула, а потом заметила, что по полу и тонким искрящимся дорожкам-нитям бегали десятки белых, как снег, пауков размером не больше ладони.
У меня волосы зашевелились, и я все же попятилась назад.
– Эй, куда ты? – ахнула Лори и быстро пресекла мои попытки к бегству. Хлопнула рукой по тяжелой каменной двери, и она поехала обратно, затворяя проход.
Все – не выбраться.
Я набрала в легкие побольше воздуха, стараясь заставить себя успокоиться и снова повернуться к армии бледных пауков.
«Ничего-ничего, это всего лишь простые насекомые… паукообразные, животные… кто они там…» – перебирала я в голове слова, стараясь привести расшалившиеся нервишки в порядок.
В этот момент браслет на ноге стал едва заметно теплее. Может быть, мне это показалось. Скорее всего, так и есть. Однако я наклонилась и проверила, дотронувшись до блестящего золотом драгоценного металла.
Казалось, он полностью повторяет температуру тела. Рубиновое ограненное брюшко красиво сверкало в свете пещерных огней, как и пара десятков волшебных каменных глаз, переливающихся жемчужным блеском.
Я уж думала, может, таинственный хельсарх даст о себе знать, очнется от волшебного сна и станет ясно, что все рассказы Джерхана не ложь.
Но браслет оставался неподвижен и больше ничем не привлекал к себе внимания.