— Немедленно, — в голосе прозвенел металл.
— Давайте в другой раз, — уклончиво заметила я. — Я пока перед зеркалом потренируюсь.
— Я сказал! Сейчас! — прозвенел голос.
— Ладно, — прошептала я, морщась и начиная медленно наклоняться. Ой! Я опустила глаза и увидела, как по белоснежному платью растекается кровавое пятно. Заклинание разошлось!
— Достаточно! Запомнила, как? — послышался голос, пока я пыталась заслонить руками кровь. Перед глазами все поплыло.
— Ну вот и хо… — донесся до меня величественный голос, когда пятно уже стало больше, чем мои руки.
— Что с тобой? — голос его величества внезапно изменился. Это был уже не тот холодный и величественный. Скорее, настороженный. — Откуда кровь?
— Все в поря… — прошептала я, пытаясь изобразить улыбку. Я покачнулась, в надежде, что в сторону кровати. Мне казалось, что он сейчас отойдет в сторонку и перешагнет через меня.
— Сюда иди! — рявкнули на меня, подхватывая на руки. — Кровь откуда?!
— Да так… — слабым голосом прошептала я, пытаясь убрать его руки.
— Я тебя, кажется, спросил! — послышался голос, когда я пыталась нащупать одеяло, чтобы прикрыть. — Не отвечаешь? Хорошо!
Он резко дернул платье, разрывая ткань. И увидел съехавшие, пропитанные кровью бинты.
— Что случилось? — послышались голоса в коридоре. — Ваше Величество!
В комнату влетели волки. Увидев кусок окровавленного платья в руках его величества, они в ужасе переглянулись. Видимо, они были уверены, что мною тихо завтракают!
— Когда это случилось? — послышался голос его величества. Я отвернулась, как бы не желая отвечать на этот вопрос.
— Я с кем разговариваю? — мое лицо повернули к себе. — Вы! Двое! Проверьте принца!
— Со мной, — сглотнула я, чувствуя себя уточкой в чужой руке.
— Я что спросил?! — рявкнули на меня.
Почему все приличные девушки умеют падать в обморок, а у меня не получается? Чтобы вот так вот: «Ах!» и все! Прикинуться дохлой, чтобы неприятности посмотрели на тебя, потоптались вокруг и отстали. Но я так не умею!
— Ваше величество! С наследником все в порядке! — послышались голоса, заслоняемые белым мехом. — Он цел и невредим!
— Кто это сделал? — послышался вопрос, на который мне не очень хотелось отвечать. Может быть, потому что я бы на его месте, узнав правду, очень расстроилась. Я вспомнила вчерашнюю рану, поморщилась, представляя, какая это боль. Еще бы! Я бы, наверное, полкомнаты разнесла, всю кровать исцарапала и оставила бы инвалидами половину дворца. И нашли бы меня на шкафу. И это при условии, что я вовсе не умею оборачиваться огромным котиком.
— А вы к каждой служанке приходите и рассказываете ей, как она должна себя вести? — спросила я, чтобы отвлечь его.
Этот вопрос взял его величество за ручку, отвел в тупик и поставил его. Мне делали страшные глаза «коврики», требуя, чтобы я впредь задавала такие вопросы только после того, как составлю завещание.
— Я задал тебе вопрос, и ты на него не ответила, — процедило его величество.
Мне отрицательно мотали головой, показывая, что приличные девушки на такие вопросы не отвечают.
— Приведите целителя, — произнесло его величество, повернувшись к двум «клоунам». Те моментально сделали такие лица, словно телохранители телохранителей, которые не улыбаются даже с детских фотографий.
— Ваше величество. По дворцу пойдут сплетни, — произнес бородатый.
То, что целитель — главный сплетник, я уже усвоила.
— Тогда скажите, что мне стало хуже. Рана открылась. Пусть даст все необходимое, — произнес его величество. Что? Он решил поиграть в доктора? В этот момент мне хотелось заползти под коврик и прикинуться раздавленным тараканом.
— Сию же минуту! — ломанулся из башни безбородый.