— О, не обязательно вы! — замотали головами братья. — Обычно это делает кто-то из членов семьи невесты. Брат, отец. Или всей семьей. Чаще всего старшие братья.
Теперь я поняла, почему явка моей семьи была столь желательна.
На мгновенье я представила, как мама орет: «Держи скотину!». За ней бежит отец с монтировкой. А сестра с мужем и детьми бегут наперерез какой-нибудь косматой твари. «Держите! А то меня замуж не возьмут!», — кричу я, пытаясь забить чудовище табуреткой.
— Это точно обязательно? — уныло спросила я. — А шкуру можно купить? И сказать, что я на нее как бы наохотилась!
— Нет. Только охота! — возразили мне.
Значит, так, да? Ладно, сейчас два будущих охотника будут смотреть весь ассортимент! Я вздохнула, обещая себе что-нибудь придумать.
Волки удалились, что не мешать нам заниматься «добротой» и познавать мир.
— Нда, — заметила я, открывая книгу. — Кто-то попал в переплет!
Любопытный Титикака уже был тут как тут!
— Давай вместе смотреть! — предложила я, с интересом перелистывая страницу.
— Ааааа! — заорала моя детская психика. Но я всего-лишь моргнула. Со страницы на нас смотрело хтоническое нечто, с тремя рогами. Природа решила, что у нее остались запасные бивни. И их срочно нужно реализовать, поэтому добавила этому «нечту» еще и бивни!
Книга была настолько старая, что ее знатно откушала плесень. Поэтому слова можно было разобрать весьма условно. Я посмотрела на вооруженного до зубов рогоносца. В его названии были буквы «д», «р», «ы», с». Это все буквы, которые удалось отковырять. Там были еще какие-то буквы, но плесень меня опередила.
— Дрыс, — решила я для себя. Очень подходящее имя! Тут же понимая, что охотится на «дрыса» мы не будем. При виде «дрыса» мы сделаем «дрыс» галопом!
Мы листали дальше. С каждой страницей я понимала, что охотиться мы будем на мышь! И фиг с ним, с мышиным гульфиком! Мы возьмем не качеством, а количеством!
— Это у нас что такое? — с тревогой я посмотрела в окно. Там где-то на снежных просторах можно увидеть вот это вот, нарисованное на картинке! Если оно там водится, то я предпочту гулять внутри замка. И дышать свежим воздухом в окно.
— «С»… непонятная буква… Это похоже на «ц». Или «у». Но больше на «ц». Опять непонятные буквы, — ковыряла я ногтем плесень. — «У»! Значит, первая была «ц», опять непонятные буквы… «К». Ну, здравствуй, Сцук!
1.3
Мы с Титикакой вздохнули. Сцуковая шапочка и шубка из дрыса не устраивали будущих охотников.
Дальше книжка радовала такими тварями, от которых я бы провела все детство, трясясь под одеялом в обнимку с чесноком, колом и пачкой соли.
Мне искренне хотелось посмотреть в глаза матушке природе, чтобы ненавязчиво поинтересоваться, чем она думала, когда создавала двухголовое, трехлапое чудовище с внушительной челюстью.
Мне кажется, что в этот момент матушка — природа была в запое.
Долистав эту добрую книгу с добрыми зверюшками до конца, я поняла, что у меня рука не поднимется причинить вред таким… эм… милахам…
— Да они просто прелесть! — пинала я свою спящую совесть. — Ну вот зачем обижать их? Разве так можно?
Совесть зевнула, обнажая острые клыки. Никогда еще я не была таким ярым защитником природы от древних обычаев и традиций.
— Да их явно мало осталось! Все они наверняка занесены в красную книгу! — отчаянно трясла я будильником над совестью. Но, видимо, совести, нужна была еще одна совесть!
Ну конечно, этих бедных зверюшек и так мало осталось! Если ты выглядишь в зеркале, как…
Одну минуточку!
Я пролистала книгу и с непривычки ужаснулась картинке.
— Цмок! — обозвала я тварь, согласно буквам, которые сумела разобрать. — То вряд ли тебя будет кто-то… эм… цмокать!
Но со шкурами нужно было что-то делать! И желательно не откладывать вопрос.