Я почувствовала, как моих губ неосторожно коснулись губы.
— Ты слишком медленно уходишь? — послышался голос.
Я поняла, что отпускать меня никто не собирался. Это напоминало мне игру в кошки — мышки, причем, мышкой была я.
Поцелуй оборвался, и в это же мгновенье я увидела его величество в другой части комнаты.
— Все, иди, — послышался глухой голос. — Хватит мучить меня! Я не хочу потом ползать по комнате на… шестереньках…
— Шестереньках? — спросила я.
— Ты хвост не учла, — послышался смех.
— Вы как это сделали? — настороженно спросила я, понимая, что он только что был здесь. А теперь уже там!
— Легко, — послышался ответ. — Я с детства так умел. Возможно, именно поэтому меня выбрали кронпринцем!
— Погодите, а разве ваш брат так не умел? — спросила я, насторожившись.
— Нет, не умел. С магией у него все было плохо, — послышался голос его величества. — Иди, я тебя прошу!
На меня нашипели, и я вышла за дверь, одергивая и поправляя платье.
Глава двадцать пятая. Охота на дрыса!
Никогда не искушайте судьбу. Особенно, если она может искусать тебя! Я вышла за дверь и отправилась прямиком в башню. Слуги, которые видели меня, тут же начинали кланяться, словно я уже была чуть-чуть королевой.
Дойдя до двери, я открыла ее. На кровати сидел воинственный Титикака, который, завидев меня бросился ко мне со всех неуклюжих лап. На полу сидели два обсосанных волка, напоминающих ежиков.
Отряхнувшись, они обратились в людей. И теперь на меня смотрели страдальческими глазами.
— Что случилось? — спросила я, видя перевернутую вверх дном комнату.
— Его величество отдал приказ, чтобы мы учили принца охотиться, — заметил безбородый, поглядывая на счастливого Титикаку.
— После церемонии имянаречения, проходит первая охота принца, — заметил бородатый.
— И как успехи? — спросила я, глядя на вздыхающего Титикаку.
— Три как было, один сик был. Сумел поймать подушку, — опустил голову бородатый. — Все скверно!
— Насколько скверно? — спросила я, понимая, что так просто волки бы не колотили панику.
— Очень скверно… — подтвердил его братец, тряхнув рукой. — Мы создавали ему дичь… Его высочество должен был ею заинтересоваться. Он как бы охотник! Это у него в крови! Но он …. Как бы так сказать?
— Да говори, как есть! — рявкнул бородатый. — Боится он ее! А ему нужно при всех показать свои умения и кровожадность.
— А ну-ка! — присела я на стянутое покрывало. Я собиралась проверить одну важную вещь, но тут такое! Так что я решила пока отложить проверочку! О результатах проверки не должен знать никто кроме меня и того, кому она предназначалась!
— Вот! — махнул рукой бородатый. Прямо в комнате появилось нечто огромное, лохматое. Такое чувство, что медведь гризли перетаскал миллион алых роз какому-то коротконогому единорогу. Распылился в сотнях комплиментов. Исписал всю поляну признаниями.
— А! — дернулась я, глядя на вытянутую морду.
Не знаю, как произошла эта случайная встреча, и как долго медведь гризли ухаживал за единорогом, но факт остается фактом. Плод ухаживания был передо мной.
— Это что? — ужаснулась я, не желая вести местную передачу «В мире животных».
— Это — дичь! — сообщили мне.