— Драсте! — выдала я, глядя на обалдевшего шантажиста, который уже занимался поисками орудия возмездия в старенький трениках.
— Ты что? Кого-то убила? — ужаснулся алкоголик.
— Да, — прошептала я, улыбаясь. — Только никому не говори!
Я прислушалась к тому, как по ступеням шлепают тапки со скоростью звука. Эх, какой талант пропадает!
Я закрыла дверь, вернулась в комнату и стала внимательно изучать медальон. Нет, ну могли бы инструкцию к нему приложить? Хотя, может, в их мире им может пользоваться даже ребенок?
— Так! — сбегала я за лупой, в надежде найти инструкцию по эксплуатации. Но ее не было.
Прошло уже полчаса. Медальон лежал на столе.
Я потыкала его пальцем, склонилась и прошептала:
— Медальончик, медальончик, няня обратно хочет!
Нет, а что? Попробовать стоило!
— Ну пожа-а-а-а-алуйста! — гусаво протянула я, глядя на драгоценный камень. — Ну чего тебе стоит?
Часы тикали, медальон не реагировал. Я строила философские теории о том, что магия в нашем мире не работает!
— Домой! Я кому сказала! — постучала я медальоном по столу.
Согласна! Мои познания в магии могут впечатлить любого!
1.4
— Ну, позязя, — склонилась я к медальону. — Ну чего тебе стоит? Авада Кедавра? Фусрода? Сим Салабим? Ляськи Масяськи?
Вот и весь мой магический справочник.
В шубе и доспехах было душно. Пришлось открыть форточку. Прошел еще час. Мне хотелось выть. Часики тикали, намекая, что где-то соскучился мой маленький тигр. И рвет и мечет большой. Мое кошачье царство наверняка уже перенервничало. Я представила, как его величество сидит и мысленно считает, сколько котлет из меня успели накрутить.
От отчаяния я попробовала медальон на зуб. Нет, ну мало ли? А вдруг?
Позорная операция по спасению меня в мои планы не входила. С горя я доедала остатки джема.
— Абра- кадабра? — спросила я, обреченно понимая, что все бесполезно. Нет, ну хоть бы дернулся! Или загорелся!
Я схватила медальон, и что есть силы швырнула его на пол!
— Да чтоб тебя! — психанула я, выдав еще с десяток смертельных для ушей заклинаний, от которых открываются закрытые двери, нитка попадает в иголку, резко начинает застегиваться молния на сапогах и приезжает нужный автобус.
Медальон вспыхнул, резанув по глазам ярким светом. Я едва успела схватить шкуру и прижать к себе.
— Ой! — покачнулась я с закрытыми глазами. — Фу-у-у-х!
— О! — прокатилось множественное по залу, пока глаза снова учились видеть. Топор забыла! Жа-а-аль!
Я увидела, что возле трона стояли волки. По обе стороны, словно часовые. Его величество посмотрел на меня ледяным взглядом. Что? Неужели не ждал?
Я триумфально подняла шкуру, вызывая шепот в зале: «Ничего себе…», «Вы ее видели?». «Это ж какого размера было животное?», — шептались придворные, которые вот — вот превратятся в «задворных».
— Это только фрагмент попы! — беззаботно, словно всю жизнь охотилась на мамонтов, сообщила я, вызывая вздох удивления. — К сожалению, всего притащить не смогла.
Кто-то упал в обморок. Очки уважения росли прямо на глазах.