Однажды уже обожглась. Надо быть осторожнее.
Немного встряхнуться пришлось лишь на подъезде к Вугмару. Дорога под небольшим уклоном неслась вниз, и из окна экипажа я видела крепостные стены, немного черепичных крыш, распахнутые ворота, стражников с королевскими знаками – и то, как останавливаются перед ними все входящие или въезжающие.
– Что они там делают? – высунувшись из окна, спросила я кучера.
– Сразу видно, что вы никогда прежде не бывали в крупном городе, госпожа ведьма, – добродушно улыбнулся он. – Для въезда надобно предъявить документы и оплатить пошлину.
О…
– Да, не была, – легко согласилась я и поспешила скрыть бледнеющее лицо в недрах экипажа.
В прошлый раз пошлину за меня заплатил Дэлл, а документов никто не требовал.
Ворота стремительно приближались.
Деньги у меня были, притом заработанные честно. Почему-то последнее особенно грело душу. Но документы… Необходимость в них появилась впервые.
– Пожалуйста, скажи, что ты можешь с этим что-то сделать? – прошептала я, с мольбой глядя на паучиху.
Чуда, признаться, не ждала. Однако плетущая посуетилась немного на сиденье и нырнула в сумку.
Сумка загадочно шевелилась некоторое время, потом затихла.
Я осторожно сунулась внутрь, выловила какую-то разомлевшую паучиху… и листок, свернутый трубочкой. До сих пор его среди вещей точно не было, так что вывод напрашивался всего один.
Развернув документ, я недоверчиво вчиталась в текст.
Камилия Роузенвуд. Там же нашлось и разрешение на магическую практику за тремя печатями кого-то важного.
– Спасибо! – выдохнула я, борясь с желанием затискать спасительницу. Чувствую, паучиха бурных проявлений моей любви не оценит.
Вот если бы кусочек сахара…
Вечность, я почти всерьез думаю о ней как о самостоятельном существе!
Как быть с пугающими переменами, обдумать не успела. Дверь экипажа открылась, и кучер протянул руку.
– Документы, госпожа ведьма.
Я почти с гордостью отдала ему требуемое.
За поддельные имело бы смысл трястись, но мои – настоящие. От наших с паучихой возможностей немного кружилась голова. Я-то привыкла воспринимать их как должное и не задумываться о пределах.
Документы проверку прошли, мы оплатили еще более высокую пошлину, чем в Оддманде, после чего наконец въехали в город. Экипаж подпрыгивал на брусчатке. Не успели и двух улиц проехать, как нас едва не снес другой, промчавшийся мимо на какой-то немыслимой скорости.
Я неприятно ударилась спиной и локтем о сиденье.
Вугмар определенно производил впечатление, но отнюдь не самое приятное. Все куда-то спешили, мчались, бежали, носили мрачные выражения на лицах. От местного рынка веяло не самыми приятными запахами, и не получалось спрятаться от них даже в экипаже. Дорогу с обеих сторон обступили серые дома. Благодаря ажурным узорам, даже симпатичные, но слишком много серого навевало тоску. К тому же каждый дом принадлежал не отдельному человеку, а нескольким разным семьям, и напоминал постоялый двор.
Ладно, это не самый респектабельный район.
Откинувшись на сиденье, я прикрыла глаза.
Мы куда-то свернули. И еще свернули. Несколько раз.
Я решила думать о деле, а не о впечатлениях. В конце концов, я здесь, чтобы отвести беду от Несьена и провести его в долгую и безопасную жизнь. Но что-то слишком часто отвлекаюсь на незначительное!
Экипаж сильно качнулся, останавливаясь. Даже едва не расшибив нос, я все еще убеждала себя, что это очередное «незначительное» и моего внимания оно не стоит.