– На перевал тебе обратно надо, туда стражницу ведут. Но сейчас ты ей не поможешь, она под властью одной очень хитрой и опасной твари.
Шаман поморщился с явной досадой, а Эргед похолодел, догадываясь, о ком он.
– Темный, – пробормотал гончий и, несмотря на теплую воду, зябко поежился. Его собеседник молча кивнул. – И что делать, чтобы ее спасти? – откашлявшись, спросил Эргед, жестко приструнив эмоции.
Шаман серьезно посмотрел ему в глаза, и воин обреченно понял, что его ждет очередная порция не слишком приятных сведений.
– Дать ему начать ритуал, – тихо произнес хозяин этих мест. – Тогда он не сможет отвлекаться и в полную силу защищаться. Стражнице придется пережить несколько неприятных минут…
Эргед стиснул зубы, чтобы не высказаться вслух по поводу этого заявления. Шаман просто так говорить не будет ради красного словца, если он сказал, что нужно дать ритуалу начаться, значит, это и правда единственный выход. Духи не врут, а шаманы – их проводники.
– А дальше? – хриплым голосом задал гончий следующий вопрос. – Он же хочет выпустить сумеречных духов и разрушить границу, я правильно понимаю?
– Верно. – Собеседник кивнул и снова замолчал.
– И как его убить? – Эргед нахмурился. – Обычным оружием не выйдет же? И волк мой не совладает с этой мразью?
– Не совладает. Ему туда лучше вообще не лезть, сожрут и не поморщатся, – предупредил шаман и строго посмотрел, казалось, прямо в душу воину. – Эта тварь сильнее любой ищейки, слишком много зла в ее душе, слишком много темных дел натворил. И его давно заждались на той стороне. – Его глаза недобро блеснули. – Твоя задача – показать тварь тем, кто за ней охотится.
– Каким образом?
– У тебя есть то, о чем тварь не догадывается, – скупо усмехнулся шаман и поднял руку.
Его ладонь тускло засветилась зеленоватым, и на ней появилась та самая фигурка из кости демона, с которой, собственно, и началось их с Улой путешествие.
Сердце гончего на миг болезненно сжалось, но потом он сосредоточился на деле, отодвинув эмоции. Они сейчас только помешают, будут лишними.
– Все, что тебе нужно, – всего лишь прикоснуться ею к твари. – Шаман протянул Эргеду фигурку. – Его сразу засекут и придут за ним. На сей раз он не сумеет ни улизнуть, ни отбиться, потому что против этих противников у него силенок маловато.
– А ритуал? – уточнил Эргед, осторожно взяв кусочек кости.
– Ула его закончит, она знает как, – уверенно заявил шаман. – И эта фигурка поможет. Граница будет закрыта, и перевал освободится от сумеречных духов.
Воин повертел кость, провел по гладкой теплой поверхности. Что ж…
– Тогда мне надо идти, – решительно заявил он и поднялся из бассейна.
– Завтра утром, – перебил его собеседник не терпящим возражений тоном. – Мне надо убедиться, что твоя рана окончательно зажила и не подведет в самый ответственный момент.
Подавив тяжелый вздох, Эргед кивнул. Спорить с шаманом бесполезно, все равно сделает по-своему. Поэтому остаток дня он терпеливо выполнял все указания хозяина пещер, в том числе устроил разминку с мечом, чтобы показать, что двигается в привычном темпе и рана больше не тревожит. Некоторое время пришлось посидеть в той хижине и терпеть терпкий травяной дым с жаровни, которым его окуривал шаман, что-то бормоча под нос и время от времени подпрыгивая в странном танце.
Ночью Эргед спал на удивление крепко, а утром проснулся рано, солнце едва позолотило верхушки гор вокруг и разогнало ночной сумрак. Бодряще прохладный воздух выветрил остатки сна, а на поляне уже вкусно пахло наваристой кашей с мясом, приготовленной шаманом. Ели они молча, погруженные каждый в свои размышления, да и вроде все уже обсудили. Фигурка надежно спрятана во внутреннем кармане куртки, дорожная сумка собрана, припасы шаман еще накануне вечером дал. И даже каким-то удивительным образом нашел его коня и привел на поляну, где он спокойно пасся и ждал, пока хозяин встанет на ноги.
– У тебя все получится, ищейка, – серьезно сказал шаман, глядя ему в глаза, когда Эргед взялся за седло. – Главное, дай ему начать ритуал.
Гончий кивнул и легко вскочил на коня, сжал поводья.
– Я понял тебя, почтенный. Спасибо за все. – И, понукнув животное, направил его рысью между деревьев.
А отъехав на некоторое расстояние от поляны, ушел на тропы духов – сейчас время играло не на его стороне, и неторопливое путешествие через долины и перевалы совсем не то, что нужно.
Ула словно пребывала в горячечном бреду, в кошмаре, что никак не заканчивался. Сознание плавало в багровом мареве, реальность существовала будто бы отдельно, где-то очень далеко. Боль то затухала, то усиливалась, знаки так и светились на коже, зловещий шепот и бормотание не пропадали из головы. Ее безвольное тело вез сам темный, вселившийся в какого-то беднягу. Ула смутно помнила, что рядом был еще один мужчина, молчаливый и хмурый. Судя по тому, что тот не препятствовал действиям одержимого, значит, он на его стороне.
Кажется, они ушли в странное место, похожее на тропы духов, но чем-то неуловимо отличавшееся. Чем, Ула не могла бы сказать, она не в состоянии контролировать эмоции и восприятие реальности. Но это точно не тропы духов. Сколько прошло времени, она не знала, в какой-то момент показалось, что будут ехать так вечно… Хорошо, что есть здесь не хотелось, и другие желания тела тоже не беспокоили. А еще она смутно слышала, как ругается темный, не скрывая досады. Значит, что-то пошло не совсем так, как он хотел. Если бы могла, Ула бы довольно улыбнулась, но тело ей не подчинялось…
А еще темный все время к ней прикасался. К лицу, к рукам, шее – прикосновения были достаточно невинные, но и от них Улу передергивало от отвращения. К бормотанию одержимого она старалась не прислушиваться – почти всегда бессвязный набор слов. А когда ему все же пришлось выйти со странного пути, потому что, похоже, он не вел к Сумеречному перевалу – Ула не сомневалась, что темный направляется туда, – стражница стала свидетельницей одного весьма занятного разговора.
– Улгриф, что ты задумал? Куда на сей раз мы идем? – негромко спросил спутник темного.