Мы оба посмотрели на циферблат. Стрелки сдвинулись, и я оказалась возле спящего на диване Натаныча.
— Эй, проснись! Таймер сработал! — Я потянула своего друга за истрепанную штанину.
Он дернулся, резко сел и захлопал на меня глазами, как сова:
— В нэкэвэде была?
Отбросив электроды в сторону, я встала и прошлась по комнате:
— Нет. В кабинете сидела. Рассказывала ему о культе личности и падении Берлинской стены.
— Ну и как он? Прослезился поди? Растрогался да и сказал, что снимает Молотова с поста председателя Совнаркома и назначает тебя на эту почетную должность?
Я плюхнулась на любимый пуф:
— Шутки в сторону! Дело принимает серьезный оборот. Он требует от меня доказательств.
— Доказательств чего? Твоей вменяемости? Принеси ему справку из психоневрологического диспансера.
— Натаныч, дорогой! — Я пересела к нему на диван. — Мне пришло в голову, как надо поступить. Понимаешь, я ему обещала, что к следующей встрече подготовлю набор фактов. Поэтому давай ты по-быстренькому разработаешь программку, которая сможет хоть на пятнадцать минут переместить его в наше время. И тогда никаких проблем не будет.
— Ага! Только зачем же на пятнадцать минут? Давай-таки сразу на годик, — весело сказал Натаныч. — И в Кремль к президенту нашему на прием! То-то ему будут рады. Так прямо и скажут: добро пожаловать, дорогой товарищ Сталин! Народ просто мечтает о вашем чудесном воскрешении. Приходите, располагайтесь и воротите тут у нас все то, что там не успели. Тебе последние мозги на Лубянке отшибли? Да?
Я щелкнула пальцами:
— Ну а как ему еще доказать, что это правда? Миллион вариантов перебрала — ни один не подходит.
Натаныч злорадно усмехнулся:
— Он тебя послал искать доказательства? Вот иди и ищи. А меня в это не впутывай. Хватит того, что я помогаю тебе искажать историю и общаться с человеком, который страну в крови утопил. Так что давай-ка голову подлечи да и поразмышляй о том, как втолковать твоему драгоценному вождю, что на его совести — миллионы ни в чем не повинных жизней.
Мысленно плюнув и на Натаныча, и на его политические взгляды, я сухо распрощалась и ушла. Мне хотелось только одного — принять горизонтальное положение и спокойно подумать о том, как быть дальше.
Однако расслабиться мне не дали. Как только я пришла домой, на сотовый позвонил мой жмот-работодатель и стал гундеть, что к утру ему понадобится срочный перевод какой-то брошюры. Поэтому мне пришлось броситься к ноутбуку и аккордно переписывать на русский язык изыскания турецких специалистов в области производства концентрированных фруктовых соков.
Поздно ночью, отослав злосчастный файл, я поняла, что от усталости и умственного перенапряжения превратилась в какую-то истерзанную тряпку. Я упала на кровать и ненадолго заснула.
Резкий звонок телефона заставил меня вернуться к действительности.
— Спишь? — Голос Натаныча звучал виновато.
— Гуляю по подземному царству Аида. А который час?
— Три. Самое время творить политический беспредел.
— И что? — Я с трудом сдерживалась, чтобы не послать его ко всем чертям.
— Знаешь, мне пришлось заново переписать программу, которая превращает альтернативную реальность в реальность существующую. Предыдущая была какая-то несовершенная. Зато теперь, если тебе удастся довести дело до конца, я смогу одним нажатием кнопки запустить итерационную трансформацию мира.
— А завтра можно это выслушать?
— Можно, но только после того, как ты ответишь мне на один вопрос. От твоего ответа зависит цель моих дальнейших ночных бдений. — Теперь он говорил, как шантажист из фильма про гангстеров.
Тяжело вздохнув, я свернулась комочком и прошептала:
— Отвечу. На что хочешь отвечу, только не заставляй меня лететь к Троцкому.
Он расхохотался: