Читать книгу «Попытка – не пытка» онлайн

— В самый раз… — начала я, но тут же остановилась, так как меня пронзила ужасная догадка. — Натаныч! — Я схватила его за руку. — Быстро скажи, когда Сталин родился. Быстро, а то я от разрыва сердца умру.

— Ну, по официальной версии, в 1879 году, а по неофициальной — в 1878-м… А что?

— Ох… — Я стала считать пульс, который приблизился к ста двадцати ударам в минуту. — Ты представляешь, получается, что он старше меня примерно на девятнадцать или двадцать лет… А это… А это… Это же роковая для меня разница в возрасте! — громко заключила я, вспомнив свою последнюю любовь, оборвавшуюся на пике страсти.

— Роковая?! — Натаныч сложил на груди руки и посмотрел на меня прокурорским взглядом. — Я чувствую, что в итоге роковой она для всей страны окажется, а не для тебя, дуры наивной.

— Все, мне пора домой, — сказала я, поспешно допивая горячий чай. — Ты меня ругаешь. На дворе почти четыре утра. Завтра, то есть уже сегодня, я приду, и мы с тобой будем думать…

— О чем? — Блюститель моей нравственности расстроенно захрустел куском рафинада.

— Как можно выяснить время, когда Сталин меня в кабинете будет ждать. Кстати, я там у него паспорт оставила… Ну и одежду с сумочкой… Надо забрать… — Я встала и, напялив первые попавшиеся мне на глаза тапки, пошла к двери.

Глядя мне вслед, Натаныч пробубнил:

— Паспорт… Сумочку… Ты честь свою там потеряла! Пособница террора…

Больше я ничего не слышала, так как быстро побежала вниз, чтобы завалиться спать. Тихонечко повернув ключ в замке, я на цыпочках вошла в квартиру. Но вместо тишины, темноты и полного покоя меня там ждал сюрприз.

Оказалось, что Глеб и посетившая его по случаю моего неожиданного банкета Маша решили провести время не менее продуктивно, чем я. А поскольку мое возвращение совпало с их несколько припозднившимся ужином, они вышли в коридор поздороваться.

— Мама! Что с тобой?! — услышала я вместо приветствия. — На тебя опять бандиты напали? Платье украли?

Я посмотрела на свое отражение в зеркале и расхохоталась:

— Глеб! Поверь мне! Я в полной норме. Платье под надежной кремлевской охраной. Но если я скажу тебе правду, ты не поверишь, да еще и обидишься, как обычно. А на вранье у меня просто ну никаких, никаких сил сейчас нет… — Помахав им рукой, я ушлепала в комнату, рухнула на кровать и заснула.

Окончательно придя в себя лишь к вечеру, я стала думать, когда же именно мне лететь в Кремль. При этом вспоминания о прошедшей ночи погружали меня в сахарно-романтическое состояние и одновременно дарили надежду на то, что теперь моя работа по гармонизации общества пойдет, так сказать, широкими стахановскими шагами.

Разумеется, я не питала слишком больших иллюзий относительно вспыхнувшего ко мне интереса товарища Джугашвили: насколько я поняла, ни романтиком, ни хоть сколько-то сентиментальным назвать его было категорически нельзя. Однако того, что он был ко мне сильно неравнодушен, сбрасывать со счетов тоже не стоило. Оставалось только понять, в котором часу Сталин желает видеть меня в своем кабинете.

Я привела себя в порядок, надела киношное платье, более-менее подходящие туфли и пошла к Натанычу.

— Явилась, блудница вавилонская? — Он успел остыть и был в отличном настроении.

— Да, дорогой. Штанишки и рубашечку я тебе позже отдам, когда постираю. А тапочки вот, — Я аккуратно положила их в прихожей.

— Ой ты, боже ж мой! — Натаныч всплеснул руками. — Какая ты сегодня скромная, вежливая. Наверное, чего-то хочешь от меня. Скорее всего, помощи в организации любовного свидания. Ну пойдем, потолкуем…

По традиции я села на диван, а он оседлал свой любимый венский стул:

— Ну? И в чем таки заключается твоя проблема?

Я заломила руки:

— Натаныч! Скажи, что делать. У нас совершенно, совершенно не налажено сообщение с 1937 годом! Просто катастрофа какая-то. Ни имейл написать, ни эсэмэску кинуть, ни позвонить…

Он забарабанил пальцами по деревянной спинке:

— Может, ты ему письмо пошлешь?

— А что, это реально? — удивилась я.

— Ну сама подумай, если машина времени отправляет в прошлое любые материальные объекты, то что ей стоит забросить туда какую-то паршивенькую бумажку?

— Ты гений! — Я потерла руки. — А у тебя есть во что послание запечатать?

Он скакнул вместе со стулом к бюро и вытащил длинный белый конверт: