— А что станет с Роуз?
— Решать будет Тимарил, — покачал головой Рейнар. — Но попытка убийства в стенах замка… Ничем хорошим для нее это не кончится.
Роуз… Как же ты на это пошла? Глупо, но в какой-то мере я чувствовала вину. Видела же, что с соседкой что-то происходит… Стоило поговорить с ней, достучаться… Миранда! Внезапно перед глазами вспыхнула их встреча в парке. Может, дочка наместника шантажировала Роуз?
Своими размышлениями я поделилась с Рейнаром, и тот обещал разобраться. Боль в груди немного утихла.
— Чуть не забыл! — архимаг заглянул в карман сюртука и вытащил оттуда порядком уменьшившуюся в размерах ниарию.
— Ниа!
Я протянула ладони к ней, но цветок стыдливо закрылся лепестками.
— Она очень переживает, что не уберегла тебя, — пояснил Рейнар. — Кажется, у нас с ней много общего.
Скользнув быстрым взглядом по лицу дракона, я поспешно посмотрела на ниарию. Похоже, она всерьез страдала — сжалась в комок и не подавала признаков жизни.
— Дай-ка ее сюда, — попросила я, и Рейнар передал мне цветок. Я с нежностью погладила его по лепесткам. — Я благодарна тебе! Ты вовремя успела предупредить меня об опасности, я едва коснулась отравленной ткани! Если бы не ты, все могло кончиться куда хуже…
Ниа приподняла один лепесток, но тут же отвернулась, испустив грустный вздох. Эона, до чего же она милая! Неужели я когда-то злилась из-за того, что мне навязали ее? — Ниа, не смей оставлять меня! — возмутилась я и, украдкой глянув на Рейнара, тихо добавила: — И кое-кто будет по тебе скучать.
Цветок встрепенулся и сдался — прижался к моей щеке, распластавшись на ладони. А затем переполз на обычное место на плече.
Подняв глаза, я обнаружила, что Рейнар, не мигая, смотрит на меня. В его взгляде бушевал ураган чувств — нежность и тревога, забота и сожаление. Поддавшись порыву, я нашла ладонь архимага. Наши пальцы переплелись, и дыхание сбилось.
— Да пусть оно катится в бездну, — практически прорычал Рейнар и наклонился, приподняв мой подбородок. — Я сделаю все, чтобы спасти тебя.
Спасти? Однако обдумать мысль не успела — дракон прижался к моим губам. Выдохнув от изумления, я обняла Рейнара за плечи и с жаром ответила на поцелуй. Его губы были жесткими, а язык требовательным, и я тоже не отставала. Запах хвои и металла окутывал меня, щекотал ноздри, распаляя еще больше. Кровь превратилась в жидкий огонь, а сердце едва не выпрыгивало из груди.
— Ари… — в перерывах между поцелуями шептал Рейнар, а я тянулась к нему, словно цветок к солнцу. Гладила его сильные плечи, досадуя на мешающуюся рубашку, трогала отросшую щетину и тонула в черных глазах.
Лишь спустя десяток минут мы оторвались друг от друга и обнялись, не в силах разомкнуть объятия. Дракон с нежностью коснулся моей щеки и выдохнул:
— Прости за… это. Я не должен был.
Не должен был — мысленно согласилась я. Мы находились по разные стороны баррикад и боялись довериться друг другу. Но Святая Эона, как же я жаждала этих поцелуев! Можно сколько угодно убеждать себя в обратном, но нахальный архимаг каким-то образом проник в мои мысли И сердце?
Вместо ответа я качнула головой — дар речи покинул меня. Встав, Рейнар прошелся по комнате и вновь посмотрел на меня:
— Целители говорят, что тебе придется задержаться в лечебнице — нужно убедиться, что твое тело полностью очищено от яда. Но после… мы с тобой обязательно поговорим.
Закусив губу, я кивнула. Рейнар направился к двери, но на пороге задержался и улыбнулся краешком рта, словно подбадривая меня. Едва он ушел, я откинулась на кровать и уставилась в потолок.
Святая Эона, как же все запуталось!
Рейнар оказался прав — к вечеру меня охватил озноб, а кожа на пострадавшей руке снова слегка позеленела. Целитель Аний заставил меня выпить еще несколько очищающих зелий и приставил сиделку. Едва я проглотила горьковатый напиток, как мои веки потяжелели.
Так и прошли следующие два дня. Я спала, ела, пила очередное зелье и снова засыпала. И, конечно, изнывала от скуки! Целитель Аний запретил посещения, прописав мне полный покой, и все, что мне оставалось, — читать книги и пялиться в окно.
Когда мне сообщили, что я окончательно поправилась, на лице сама собой расползлась улыбка. Не пугало даже третье испытание, лишь бы заняться делом! Никогда не любила сидеть сложа руки. Зато у меня было достаточно времени подумать, и я пришла к выводу, что Рейнар — мой единственный шанс разобраться с тем, что здесь происходит. Если я правильно расслышала его слова во время наших поцелуев, то он обещал спасти меня. Похоже, всем невестам грозит серьезная опасность…
Как только мне удастся улизнуть в парк, я встречусь с Эи, и мы вместе подумаем, можно ли довериться дракону. Без разрешения друга я не пойду на такой шаг.
— Миледи, ваша одежда, — сиделка протянула мне стопку вещей, и я едва не прижала ее к груди. Наконец-то!
Чувствовала я себя отлично, а целитель Аний заверил, что яда во мне больше нет. Я поблагодарила пожилого дракона, а тот почему-то вздохнул, глядя на меня. Сердце кольнула тревога, но я отогнала ее прочь. Беспокойством делу не поможешь.
Сиделка проводила меня до моих покоев. Едва войдя внутрь, я посмотрела на дверь спальни Роуз. Она была приоткрыта, и моему взору открылось опустевшее помещение. Что же стало с девушкой? Я понятия не имела, какое решение относительно ее дальнейшей судьбы принял Тимарил.