Мою руку, разумеется, проигнорировали.
- Сейчас я передаю слово Джамире... Эррен уже села, зато встала я.
- Прошу прощения, но трюки Ильеррской буду исполнять я, - сообщила достаточно громко, чтобы все услышали.
На этом проснулась даже Гелла. Ленард открыл рот, а Бирек покачал головой и почему-то приподнял плечи, словно собирался втянуть в них голову.
- Прошу прощения, - так же издевательски произнес Гроу, - но нет, эсса Ладэ. Доверьте это дело профессионалам.
Хочешь о профессионализме поговорить, драконом...ужчина? Хорошо, поговорим.
- Я уже исполняла трюк в Ортахарне. С одного дубля, - сказала я, - и не вижу причины сейчас что-то менять. Тем более что наша с вами договоренность, эсстерд Гроу... или местр Гранхарсен? Была вполне однозначной и определенной.
- Как ты правильно заметила, - Гроу наградил меня убийственным взглядом, - это была всего лишь договоренность, не подкрепленная документально.
- То есть ваши слова совершенно не имеют веса? - я сунула руки в карманы.
- Та-а-а-н-ни, - прошипела Гелла, потянув меня вниз, но я не поддалась.
- Отлично, что у вас хватило смелости признаться в этом перед всеми собравшимися, - сообщила я. - Раньше вы даже этим не отличались.
Кто-то ахнул, по ощущениям - большая часть присутствующих, Гроу опасно прищурился.
- Мои слова имеют вес, - произнес он. - Но помимо них гораздо больший вес имеет безопасность на съемочной площадке во время исполнения опасных трюков.
- Правда? - я мило улыбнулась. - Не вы ли сегодня утром упирали на то, чтобы я отказалась сама?! И кто из нас более опасен, местр Гранхарсен?
- Женщина, способная в состоянии аффекта убить собственного ребенка.
Вот теперь в зале повисла тишина. Джамира, кажется, слилась цветом с металлически-серой стенкой, а на меня начали оборачиваться. Один за другим, от первого до последнего ряда, каждый присутствующий умудрился на меня посмотреть и оставить отпечаток.
Я повернулась, чтобы увидеть неверящий взгляд Ленарда. Геллы, Бирека, даже Лимеса-Горрхата.
Поняла, что в спину мне упираются взгляды с задних рядов и взгляды вальцгардов.
Этих взглядов было столько, что мне стало нечем дышать, потом затошнило. Я подхватила сумку и, не щадя ботинки и туфли сидящих в моем ряду, опрометью вылетела за дверь.
До лифтов я добежать не успела: Джамира догнала меня в холле.
- Танни! Танни, подожди.
Я остановилась, хотя меньше всего мне хотелось останавливаться и еще меньше - с кем-то говорить. Особенно с ней.
- Прости, - выдохнула она. - Я не представляла, что все так получится.
- А как ты себе это представляла? - поинтересовалась я.
Сейчас, после слов Гроу во мне ощущалась странная пустота. Гигантская такая дыра размером с черную, про которые нам рассказывали в школе.
- Никак, - Джамира покачала головой. - Он просто... Когда мы разговаривали, он упомянул трюки, и... я... слушай, это непростой разговор. Давай где-нибудь сядем.
«Где-нибудь» оказалось одним из небольших коридорных холлов, залитым солнечным светом. Два диванчика и журнальный столик, по обе стороны - вьющиеся хитросплетения каких-то растений, которые к тому же умудрились зацвести белыми цветочками с широкими лепестками.
- Я понимаю, что это сейчас не в тему, но... - Она покачала головой. - Мне было семнадцать, когда я сделала аборт. С тех пор у меня нет детей, и нет мужа, потому что для него оказалось важным, чтобы они были. Когда мне было семнадцать, у меня не было возможности воспитать и вырастить ребенка, у меня не было возможности что-то вообще ему дать. У тебя есть. Была. Я просто хочу, чтобы ты понимала, почему я так отреагировала.
- Тебе вовсе необязательно все это мне говорить.
- Обязательно. Я не думала, что Гроу за мной рванет, когда шла к тебе. Не знаю, почему он вообще за мной пошел, я просто извинилась и сказала, что мне нужно срочно поговорить с тобой о том, почему ты не поставила меня в известность по поводу трюков.