1.3
Меня облизали взглядом, чтобы тут же отвести его и сделать очень серьезное и каменное лицо. Мне кажется, или в королевской семье должен быть обязательный учитель по «покерфейсу»?
— И как далеко мне нужно стоять? — едва слышным спросила я, чувствуя, как каждое его слово рассыпается волнительными мурашками по коже. Нет, ну надо же! Мою руку отпустили, бросив мимолетный взгляд.
— Не спрашивай, — послышался все такой же тихий голос. Взгляд снова ушел в пустоту. Лицо стало гордым, холодным и неприступным.
— Я могу отойти на пару шагов, — шепотом предложила я, понимая, что впервые в жизни древняя традиция вызывает у меня столько странных волнительных и каких-то непередаваемых эмоций.
— Наивная, — послышался вздох.
— Мне встать в другом конце залы? — спросила я, стараясь не шуметь.
— Мне понадобится две секунды… — послышался ответ, от которого у меня внутри все перевернулось, словно я ухнула вниз на качелях.
— Зачем вообще нужна эта традиция? Волки мне ничего про нее не говорили, — прошептала я. — Что нужно стоять вот так вот…
Я-то была уверена, что он смертельно обиделся. А тут оказывается все настолько страшно, что мне тот час же захотелось бежать. Но бежать помедленней. И периодически оглядываться.
От звука его слегка рокочущего и вибрирующего голоса у меня внутренние органы качались, словно на качели.
— Эта традиция распространяется только на браки с людьми. Ее придумали давным-давно родственники невест, чтобы убедиться, что рядом с невестой жених не теряет контроль, — послышался тихий ответ. — Способны ли мы сдержать внутреннего зверя, который смотрит на вас, людей, как на самую желанную, самую сладкую добычу? Способен ли зверь сдержаться его, когда вы просто стоите рядом… Может ли он сохранять спокойствие, когда вы стоите близко. Не броситься на вас среди толпы гостей, разметав ее по стенкам, чтобы зубами и когтями сорвать с вас одежду и овладеть прямо там, где поймали.
Мне понадобилось пара мгновений это представить. И примерно минута, чтобы отойти.
Лично я не знакома с такой женщиной, которая смогла бы устоять на ногах после таких слов. Хотя нет, знакома! Она стояла у нас в парке и держала весло. А под ней была клумба! Ой, чувствую, мне придется у нее поучиться.
— А что? — предельно тихо и осторожно спросила я, медленно выдыхая. — Такие случаи уже были?
— И не раз, — послышался шепот.
Глава двадцать первая. Горный лев и трепетная дань
— Поэтому на свадьбах с человеком всегда есть так называемая охрана со стороны жениха. Или друг, который помешает ему это сделать прямо в зале, — послышался голос.
Я никогда не думала, по поводу роли дружка и дружки в свадебной церемонии. На наших свадьбах у дружки было несколько имен: «Подержи букетик. У меня чулок сползает» и «Пошли со мной в туалет, платье поможешь подержать». У дружка тоже были имена «Эй, не пей!» и «Стой ровно!». А тут, оказывается, у дружка есть конкретная и понятная функция. Красавица — невеста в белом, соблазнительно платье и чудовище, которое пожирает ее взглядом. Тут тебе и драка на свадьбе, тут тебе и конкурсы интересные… Главное, что без тамады!
— А со стороны девушки на свадьбе есть… подруги? — с улыбкой спросила я. — Они что? Невесту держат? Или жениха отгоняют!
Я представила подругу с фигурой бодибилдера и дубинкой в руках, которая зыркает на жениха: «Ты только метнись, похотливый утырок!».
— Нет, надеются, что жених случайно ошибется и схватит не ту, — послышался голос его величества. — Часто родители невесты брали самых красивых служанок, одевали их так же как и дочь. И невеста со служанками в одинаковых платьях, стояла возле алтаря. На случай, если ее захотят похитить или убить. Именно тогда было очень много таких ошибок…
Султан женится на гареме.
— Я — результат такой ошибки… — усмехнулось его величество. — Но отец никогда о ней не жалел… Так служанка стала королевой вместо своей госпожи.
— А он мог ошибиться нарочно? — удивилась я, на всякий случай, обещая убить всех девушек в окрестностях.
— Он так и говорил, — заметило его величество с легкой улыбкой. — Что он ошибся нарочно.
И тут нас отвлекли от столь интересного разговора.
— Аууу! — взвыл младший волк, потирая руку. — Ты хоть предупреждай, когда заклинание бросаешь!
Они что-то мудрили, высчитывали шагами и обсуждали. Титикака рвался помочь! Как же так! Там что-то происходит и без него. Он недовольно ворчал, не желая больше сидеть у мамы на руках. Он требовал ему хрустящий молнией шарик.
— И чтобы книга вспыхнула! — послышался голос бородатого! — Смотри, он кладет руку сюда, книга вспыхивает! Просыпается оракул! И ее величество говорит… Потом принца выносят на балкон и показывают народу, объявляя его имя.