– Да, Хельга? – Калеб устало посмотрел на меня. – Ты что-то хотела сказать?
– Вообще-то, я уже сказала, – напомнила я. – Очевидно, что к амулету необходимо спуститься. Надо же проверить, что это такое. Может быть, мои опасения напрасны, и его величеству действительно необходимо замкнуть связь времен через этот камень. Я никогда в жизни не имела дело ни с чем подобным.
– И я, – хмуро подтвердил Максимилиан.
– И я, – эхом отозвался Дагмер.
– А вот твой отец наверняка имел. – Я в упор посмотрела на супруга. – И, скорее всего, он знает и предыдущего короля Ардеша. Ты, думаю, был слишком молод, чтобы помнить все эти события. А вот он…
– Он в то время часто бывал при дворе, – подхватил мою мысль Дагмер. – И, к слову, был в прекрасных отношениях с Грегором. Так что да. Я согласен с тобой. Мой отец может многое рассказать. И уж тем более помочь с амулетом. Он в последнее время как раз и увлекается этой темой.
– Значит, решено? – Калеб позволил себе слабую улыбку. – Приглашаем твоего отца во дворец?
– Есть только одна маленькая проблема, – хмуро влез в диалог Максимилиан. Не дожидаясь уточняющих вопросов, ткнул указательным пальцем в мою сторону и заявил: – Она!
Я уже знала, что его тревожит. Эта мысль не давала мне покоя с того самого момента, как я вылезла из-под кровати короля и поняла, что мне ничего не грозит. Но вот Калеб и Дагмер не поняли, на что намекает Максимилиан.
– Не понял, – почти сразу признался Калеб. – А причем тут Хельга?
– При том, что, смею напомнить, ее сейчас Тревис разыскивает по всему дворцу, – с сарказмом пояснил Максимилиан. – Он уверен, что она осталась в подземелье. Как ты ему объяснишь, что она вдруг материализовалась в твоих покоях, Калеб? Или желаешь пойти с ним на открытый конфликт?
Калеба это предложение заставило содрогнуться. Он, не скрываясь, поежился, а на лице отразился нескрываемый ужас.
– По-моему, так делать еще рановато, – продолжил Максимилиан. – Мы пока не можем ничего предъявить Тревису. Да и что ему, собственно, предъявлять? Нет никаких доказательств, что он пытался навредить тебе. А амулет, подавляющий волю… Так его и не осталось. Как я понял, он уничтожен.
– Амулет, подавляющий волю?.. – удивленно протянул Дагмер. – О чем ты?
Ах да. Мы обсуждали это до того, как он связался с нами.
– Долго объяснять! – небрежно отмахнулся от него Максимилиан. – И не начинай. Сосредоточься на самом важном.
Глаза Дагмера полыхнули недовольством, но он неожиданно последовал совету заклятого друга.
– Так или иначе, но у Тревиса власти при дворе с избытком, – подхватил уже он. Недовольно вздохнул. – Да, это факт. Факт неприятный, но как есть, так есть. Сейчас, когда я узнал про амулет, подавляющий волю… Собственно, я догадывался об этом, но твердой уверенности не было. Не суть. Беда в том, что если Калеб прямо сейчас кинет вызов Тревису – то это может плохо закончиться.
– Считаешь, что он готовит переворот? – встревоженно встрепенулся Калеб.
– Считаю, что лучше не показывать все козыри, которые есть на руках, – мягко исправил его Дагмер. Искоса глянул на меня и добавил вполголоса: – Если выражаться языком заядлых картежников, конечно.
Меня невольно передернуло. Я вспомнила отца. Те оскорбления, которыми он щедро сыпал в наш адрес. И ведь даже тени сомнений в нем не зародилось о том, что он сам виноват во всех своих бедах.
– Предположим, – согласился Калеб. – Тревис тот еще тип. Я и сам бы предпочел, чтобы он пока побыл в неведении. Но что ты предлагаешь?
– Понятия не имею, – глухо ответил Дагмер. – Не забывай, что речь идет о моей жене. Если честно, я бы забрал Хельгу немедленно из дворца. И плевать на все последствия. Пусть это кому-то из присутствующих здесь и не нравится, но она моя законная супруга. И я не дам ее в обиду.
– Да что ты говоришь! – немедленно взвился Максимилиан. – Тогда забирай! Я бы на твоем месте именно так и поступил. Но на самом деле ты думаешь о другом. О том, как сохранить свое влияние при дворе. И готов за это заплатить ею, поставив на кон ее жизнь. А я…
– А ты? – Дагмер нехорошо прищурил глаза, естественно, вцепившись в последнюю фразу. – Чем ты готов заплатить за возвращение Хельги к тебе? С учетом, что она тебя интересует исключительно как любовница, не более.
– По крайней мере, я честен с нею, – парировал Максимилиан. – И не морочу бедной девочке голову, как ты.
Бедная девочка в моем лице с мученическим вздохом возвела глаза к потолку.
– Прекрасно вас понимаю, – без слов угадал причины моего недовольства Калеб. – Это действительно утомляет. И сильно.
А затем произошло невероятное.
Калеб привстал с подушек. Было видно, что он еще очень слаб. От малейшего усилия у него на лбу засеребрились капельки пота. Но зато голос прозвучал поразительно властно.