Он всегда считал, что ему в какой-то степени повезло. Отец уважал его талант, но никогда не испытывал сильных отцовских чувств – когда Дар родился, Вельзевул и Лилит уже ненавидели друг друга. Мать он почти не помнил, она оказалась заперта в Аиде раньше, чем он научился говорить. Все, что у него было, – это братья, а они, к счастью, были живы и здоровы, хоть и оказались по разные стороны баррикад.
Поэтому Дар не испытывал к Лилит или Еве ровным счетом никаких родственных чувств. Поэтому с любопытством рассматривал Шарлотту, гадая, что же так привлекло отца в арахне. Может, это какая-то их магия?
Девушка была привлекательна. С мелкими светлыми кудряшками, кукольным личиком, точеной фигуркой… до пояса. Там, где начиналось паучье брюшко, изящество юной привлекательности сменялось изяществом смертоносным.
– Извини, – смутился он, когда встретился с ее пристальным взглядом, – просто не ожидал, что здесь кто-то есть в такой час.
– И тебе бы не стоило, – откликнулась арахна. – Тебе не хватит сил справиться с темной душой.
– Знаю. Просто понял, что лучше попаду в Аид, чем останусь дома.
– Подружка скандальная? – усмехнулась Шарлотта.
– Аида ее не любит, знаю. Но Олив лучше, чем кажется.
А вот эти слова прозвучали недостаточно уверенно. Дар тряхнул головой, отмахнувшись от мрачных мыслей. Олив не виновата в том, что его магия погибает вместе с Мортрумом – очевидно, что причина только в этом, и ничего уже не исправить. Но у него как будто забрали часть души.
– Зато Аида любит тебя. Потому что я бы на ее месте вашей Олив пообедала. Впрочем, я была на ее месте. И пообедала бы одним парнем, если бы не оказалась в численном меньшинстве. Жаль, что трансформация произошла так поздно. А сейчас, представляешь, он пропал! В Аид, наверное, утащили. Но я все равно зла, что не могу поквитаться лично. Так что цени великодушие Повелительницы. Хотела бы я себе такую сестру.
– И я. Жаль, что у меня ее не было. Жизнь была бы намного интереснее и светлее.
– Ну… может, еще будет, – улыбнулась арахна.
Дар замолк и ждал, что она уйдет, но Шарлотта не двинулась с места. Впрочем, она совсем ему не мешала. Раздражение почти прошло, прохладный воздух успокоил тревожные мысли.
Аида справится. Она принесла в Мортрум жизнь. Найдет и способ не пустить смерть.
– Если хочешь, я могу уйти, – сказала Шарлотта. – Но останусь рядом. Чтобы, если что, защитить. Аида не простит, если я оставлю тебя одного.
– Не уходи, – улыбнулся Дар. Посмотрел на темные воды Стикса и добавил: – Можно я тебя нарисую?
Глава десятая
– Клянусь, Селин, я отправлю тебя обратно, если ты не откроешь мне портал! – рыкнул Дэваль и треснул кулаком по столу.
Но женщина даже не шелохнулась. Отправила в рот орешек, пожевала и флегматично ответила:
– Во-первых, я служу Повелителю, а Повелительница сейчас Аида.
– Тебе твоя служба не мешала, когда надо было выслать ее из Мортрума. А когда она в опасности – надо же, непреодолимое препятствие!
– А во-вторых, – продолжила Селин как ни в чем не бывало, – ее недовольства я побаиваюсь больше, чем твоего.
– Давно ли?
– С тех пор, как между нами больше не стоит твой старший брат. Легко быть стервой, знаешь ли, когда, если что не так, можно спрятаться за чужую спину. А теперь кто будет сдерживать твою подружку? Здравый смысл? Так он к ней даже по праздникам не заглядывает!
– Она там одна! – рявкнул Дэваль. – В мире Лилит. Одна! В опасности!
– Она! Мне! Приказала!
– Почему?! Зачем ей портал? Куда он ведет?!
– Не знаю, почему и зачем! Ты серьезно считаешь, что я в том положении, чтобы требовать от Повелительницы отчет о ее действиях и желаниях?
– Да просто тебе плевать на нее.
– Честно? – Селин пожала плечами. – Да. Мне плевать на нее. Вокруг Аиды Даркблум достаточно тех, кто ее обожает. Для разнообразия буду равнодушна, ты не против?