Читать книгу «Последние стражи» онлайн

– Это в ее природе. Если Самаэль отвез ее к судьям…

– То только для того, чтобы я познакомилась с Еленой. Твой брат прекрасно понимал, что поведение Верховной взбесит меня. И думал, что этого бешенства хватит, чтобы я встала на сторону Лилит. Самаэль, как всегда, не сделал поправки на мою дурость, но в целом план довольно неплохой.

– Может, тогда уйдешь к Самаэлю?

Дэваль как будто ушел в глухую оборону, вдруг напомнив того парня, который отправил меня на старом вагончике в Аид.

– Не хочу, – пожала плечами я. – У него нездоровые отношения с матерью. Зачем мне такая свекровь?

– И что мне надо сделать? Полюбить Хелен? Выйти и объявить отмену оргии? Извиниться?

– Да ненавидь ты кого хочешь! – взорвалась я. – Хочешь – повесь ее портрет в темном уголке и кидай в него ножички, хочешь – записывай гадости в черную тетрадочку, назови ее именем какую-нибудь особенно здоровую дыру в Аид. Но не издевайся над теми, кого я люблю, в то время как у нас осталось совсем мало времени! Не забирай у них…

Я обернулась на толпу, которая внимательно – явно по старой памяти – слушала увещевания Вельзевула. Отсюда нам не было слышно, что он говорит, но общий смысл угадывался. А еще я определенно попала в яблочко с рецептом супа: по взгляду Хелен, стоявшей в отдалении, было видно, что после беседы с общественностью Вельзевула ждет беседа с новоявленной хранительницей очага.

– Не забирай у них время и силы, которые можно потратить на то, чтобы быть рядом друг с другом.

– Прости, – вздохнул Дэв. – Я не рассматривал это с такой стороны.

– Будет чем заняться на досуге.

Вельзевул закончил речь, и толпа рассосалась. Большая часть все же осталась на площади, хотя народ явно чувствовал себя не в своей тарелке. Миловидная скрипачка в театральной маске заиграла бодрую веселую мелодию, но посреди мрачной площади и дурацких тыкв она звучала как-то уж очень гротескно. Как в хеллоуинском мультике.

– Запретишь им? – спросил Дэваль, когда Вельзевул, старательно изображая невинность, направился к Хелен. – Они, кажется, вместе.

– Нет, конечно. Он просто не успеет разбить ей сердце.

Осторожно, готовый в любой момент перейти к отступлению, Дэваль взял меня за руку. Украдкой, отвернувшись, я улыбнулась. Как у него получалось сочетать в себе столько противоречивых эмоций?

Я не стала вырываться, и хрупкий мир установился в отдельно взятом семействе мира мертвых.

– Самая скучная оргия на свете, – раздался тяжелый вздох.

Ридж лениво наблюдал за происходящим. Где-то там, в толпе, мелькала огненно-рыжая шевелюра Селин.

– Да повзрослей уже! – не выдержала я. – Хочешь Селин – иди и предложи ей. Хочешь групповуху – иди и сделай объявление. В вашем распоряжении целый город-замок, хоть на дерево залезь и оттуда в тройничок пикируй! Какого хрена вы все вокруг меня столпились и галдите, как стадо пингвинов: «Мам, дай оргию! Мам, ну дай!» Вы что, без указаний со стороны этот конструктор собрать не можете, вас обязательно по головке надо погладить?

Как всегда бывает, музыка смолкла в самый неподходящий момент. Скрипка затихла, и все присутствующие услышали мой звенящий от возмущения голос:

– Законы больше не работают, Ридж! Мортруму осталось существовать… дни? Может, недели или месяцы, если повезет – годы. Поэтому делайте уже что хотите! Хочешь трахаться – иди и трахайся, только задницей к Аиду не поворачивайся, оттуда к тебе никто не присоединится. Хочешь бухать – иди и бухай! На коньках кататься? Вперед! Читать чужие личные дела? Да хоть весь день! А я хочу праздник. Музыку, вкусную еду, танцы на площади и дурацкие тыквы.

С этими словами я запустила руку в ближайший котелок, достала оттуда мармеладный глаз и с наслаждением сунула в рот.

– Шладошть или гадошть?

– Что? – От удивления Ридж лишился дара речи и едва выдавил вопрос.

– Она спрашивает, ты свалишь или так и будешь тут стоять, портя всем вечеринку? – хмыкнул Дэваль.

Сначала Ридж посмотрел на Селин, словно ждал ее решения. Но Селин, увлеченная вырезанием тыквы вместе с каким-то пареньком, не обратила на него внимания. И я готова была поклясться, что в глазах Риджа промелькнуло разочарование. Совсем не то, которое испытывает бабник, не получивший бурной ночки. А то самое разочарование, когда уже и подвиг совершил, и мир спас – а она все не смотрит.

Будь у него больше времени, она бы посмотрела. Но от такой разрушительной любви, какая была у Селин к Самаэлю, не так-то просто оправиться. А времени на это нет.

И все же, если оценивать маскарад как хеллоуинскую вечеринку, Хелен отлично постаралась. Отовсюду на нас смотрели тыквы с горящими свечами внутри. Даже на руках у горгулий покоились забавные тыквенные мордахи. Столы ломились от бутербродов, печенья, тыквенных леденцов и прочей милой атрибутики. Играла музыка.

К середине ночи стал подтягиваться народ, не получивший приглашений на маскарад, но заинтересованный шумом и весельем. Мы быстро научили их «трик-о-тритить», и толпа понеслась по ближайшим домам – менять гадости на сладости. Под неусыпным сопровождением Дэваля и Риджа – чтобы ненароком не наткнуться на темные души.

Кто-то раздобыл ящик эссенции, и теперь в одном из котлов бурлило что-то странное, тыквенное и, судя по запаху, крепкое.