Звериный вой, рвущийся из груди, полный сводящей с ума боли. Только сейчас, глядя в глаза своему отражению, в глаза, располосованные вертикалью зрачков, осознала, что это были наши общие с драконицей чувства. Понимала ли она, что мы спим? Вряд ли. Там, во сне она потеряла...
Кого?
Гроу назвал меня своей парой, но мы с ним толком никогда не были парой. Не то что драконьей, даже человеческой.
В груди снова протестующе заискрило, и я прислонилась лбом к дверце, которая начала запотевать. Водонепроницаемый датчик на груди мигал синеньким: средний уровень опасности. Я смотрела на него и думала, что чисто теоретически Гроу мог просто сразу сказать, чтобы на меня нацепили эту штуку, и спокойно спать, пока медики парятся у мониторов.
Он не сказал. Он не спал.
Но что это меняет для нас? Ничего.
Я вышла из душа только когда из меня вымыло остатки кошмара и ненужных мыслей заодно с огнем. Индикатор сменил огонек на оранжевый: «в Лархарре все спокойно», и я принялась собираться. Сушила волосы, расчесывала их, потом влезала в деловой костюм (спасибо Леоне, что он оказался брючным). Белая блузка с воротничком-стойкой, кремовый пиджак и брюки, туфли на невысоком каблуке.
Хвост я переделывала раз десять: он казался мне недостаточно гладким, недостаточно идеальным, и вообще недостаточно хвостом. На последней мысли я вспомнила шипастый хвост черного дракона, и решила, что чешуя бы с ним, какой есть такой и есть.
За пару минут до назначенного времени я вышла из номера, чтобы наткнуться на Гроу, который, похоже, вышел еще раньше. Он стоял, сложив руки на груди и подперев подбородок ладонью. Кажется, впервые в жизни я видела его в костюме: пиджак натянулся, подчеркивая обтянутые темно- синей рубашкой мышцы. Взгляд - сосредоточенный, цепкий и острый.
Ледяной.
На миг мне стало невыносимо холодно, а потом он посмотрел на меня.
И кажется, никогда в жизни мне не было настолько тепло.
В груди снова вспыхнуло, не искра, нет, скорее что-то похожее на то, когда ты зимой собираешься отмечать смену года с самыми близкими. Я подумала о том, «не забыть» ли мне что-нибудь в номере и уже почти шагнула к дверям, когда Гроу шагнул ко мне.
- Как спалось, Танни?
- Отлично, - сказала я.
Никаких неудобных вопросов или лишних комплиментов, просто светский разговор.
- А тебе?
- Никак, - он пожал плечами.
- Перебор с кофе?
- Перебор с отсутствием тебя в моей жизни.
Что я там сказала про неудобные вопросы и лишнее?
- Ты уже готова? Отлично.
Появление Леоны пришлось очень кстати: это позволило мне переключиться на нее. А после в сопровождении вальцгардов мы выдвинулись к лифтам, ведущим на ВИП-парковку.
Даармарх, Огненные земли
Забытое ощущение полета, когда от бьющего в лицо воздуха перехватывает дыхание, а ветер полощет волосы за спиной. Раскаленный солнцем и несущим меня драконом каждый горячий вдох отзывался в самой глубине моего существа в ритме ударов сердца. Иногда мне казалось, что я слышу барабаны, под которые падала в огонь, но сейчас огонь окружал меня. Океан сверкал бликами так, что было больно глазам, еще ярче горела алая чешуя. Она полыхала так, словно бушующее в нем пламя собралось в ней до последней капли и не сжигало меня лишь чудом.
Удивительно, но я ни разу не обернулась, смотрела только вперед, на расстилающуюся перед глазами безбрежную водную гладь. Когда дракон поднимал голову, я не видела ничего, кроме массивной шеи и взбирающейся по ней броне чешуи, шипастого гребня, и, когда он поворачивался, словно чтобы убедиться, что я еще здесь, огромного янтарного глаза размером в половину человеческого роста.
Какой, должно быть, я ему казалась крохой.
Но по сути, я такой и была. Здесь, над раскинувшимися под нами океаном, не было никого кроме нас двоих: мощного зверя, чье сердце билось глубокими, сильными рывками, и меня. Сейчас я была просто Теарин, а он - просто драконом, между небом и водой, в этом безумном полете не было ни наших заслуг, ни поражений, ни прошлого, ни будущего. Только настоящее.
Огненное дыхание зверя и мое, едва ли слышное за ритмичными взмахами мощных крыльев.
Должно быть, я слишком долго вглядывалась в ослепительный океан, потому что не сразу заметила землю. Возможно, и вовсе не заметила бы, но Витхар начал снижаться. Раскинувшийся посреди океана остров, к которому мы свернули, тоже был крохотным. Он увеличивался с каждой минутой, и с каждой минутой высота становилась все меньше.