Я взмыла ввысь.
- Все будет хорошо, - пообещал Гроу, глядя мне в глаза. - Слышишь, Танни?
- Я тебе не верю.
- Все будет хорошо, - повторил Рон. Да, это точно был он, рядом со мной.
И я бы поверила, но в эту минуту меня в очередной раз накрыло огнем. Он был повсюду, втекал в меня из каждой капельки палящего воздуха, попытка вдохнуть закончилась тем, что легкие словно сдавила раскаленная рука. Когда Гроу крепче прижал меня к себе, я вцепилась в него, игнорируя тот факт, что он глюк. Глюк неожиданно сдавленно вздохнул, а после поинтересовался:
- Танни, какая у тебя группа крови?
- Вторая, - выдавила я. - Кажется.
- Кажется?!
- У меня вторая! - рявкнул Рон.
- Вы рехнулись!
- Мы не довезем ее до больницы. Она сгорит.
Это сказал Гроу, и сказал так - надломленно и болезненно-страшно, что я вдруг поняла: это не бред. Это не бред, он действительно откуда-то взялся в этой пустоши, а я действительно сгораю в огне, который в меня заливал Тергран.
Пустыня, лица съемочной группы и звездное небо проплывали надо мной, мерно покачиваясь. Я все еще летела, но летела какими-то рывками, подпрыгивая. То, что меня по-прежнему прижимают к груди, даже не сразу поняла. Только когда попыталась приподнять тяжелую голову, напоминающую перевернутую кастрюльку с кипящим супом, у которой вот-вот сорвет крышечку, услышала рычание:
- Не дергайся!
Очень хотелось, можно подумать.
Кажется, в пустыне нехило так разогрело, подумалось мне. Потому что запрокинутое лицо горело, как если бы я перележала на пляже в Зингсприде в полдень. Руки Гроу и его каменная грудь тоже казались раскаленными: до той минуты, пока темное небо не сменилось невысоким светлым потолком, а жар прохладой. Она обтекала пылающую кожу, под спиной тоже было что-то прохладное, и это прохлада втекала в меня сквозь поры.
Хорошо-то как...
Вместо Гроу перед глазами возникло лицо другого мужчины. Ненадолго. Потом лицо сменилось лысиной и плечами: судя по белому халату, медика.
- Эсса Ладэ... Эсса Ладэ, вы меня слышите?!
- Гроу, - позвала я, и медика тут же оттеснили в сторону под недовольное:
- Вы мешаете мне работать!
- Я не хочу умирать, - сказала я. - И его убивать я тоже не хотела.
- Я знаю, - процедил он. - Я знаю, Танни. Ты не умрешь.
- Местр Гранхарсен! Вы мне мешаете.
- Вечно ты врешь, - сказала я и улыбнулась. По щекам текли слезы, и сразу же испарялись. - Ты обещал, что мы будем вместе его воспитывать.
- Мы будем, - хрипло выдохнул он. - Вместе. Уже не будем.
Я знала, что не переживу эту ночь, и знала, что должна сказать ему все, что сейчас чувствую, но Гроу уже отодвинули в сторону. Я чувствовала его пальцы, сжимающие мою руку: ту, которая стала проводником огня в мое тело, а вот укола даже не почувствовала. Ледяной воздух обтекал горящую меня, и сейчас было даже все равно, что Сибрилла станет его женой (потому что очень эгоистично просить кого-то любить тебя вечно, если ты умираешь). Эта странная мысль посетила меня в ту минуту, когда в меня хлынуло уже другое пламя, гораздо более мягкое.
Оно текло по венам, смешиваясь с выжигающим огнем, вымывая из меня остатки страха и дрожь. Я цеплялась за руку, за сильные знакомые пальцы, и, хотя я не могла его видеть, я не хотела их отпускать. Не хотела, но мои разжались сами.
И я упала в глубокую бесконечную темноту.
Глава 10. Танни