– А ты еще не поняла мой замысел?
Тревис, притихший было и как будто потерявший сознание от потери крови, внезапно закричал от боли. Заметался, забился в магических путах, и его правая рука, немилосердно заломленная вверх, с ужасным сухим треском сломалась, как прежде один за одним ломались его пальцы.
– Хватит! – взмолилась я. – Неужели вы собираетесь и дальше пытать его на моих глазах? Но зачем такая жестокость?
– Ты на самом деле еще не поняла, – с немалым удовлетворением констатировал Грегор. – Видишь, камень оживает.
И впрямь. Алое свечение в сердцевине камня за время нашего разговора стало ярче. Более того, моего слуха внезапно коснулся далекий каменный скрежет, и я с ужасом осознала, что это закрылся потайной вход.
Получается, я теперь здесь заблокирована?
– Было бы слишком легко убить предателя без боли и мучений, – продолжил тем временем Грегор. – О нет. Тревис сполна получит столько муки, сколько сумеет выдержать. Каждая секунда его боли будет давать энергию камню. Когда я закончу с ним – то возьмусь за тебя. И ты тоже, милая моя, будешь умирать долго.
– Но почему? – жалобно пискнула я. – Я-то вам что дурного сделала?
– Ты не хочешь привести Калеба сюда, – резонно заметил Грегор. – Что же. Твое право. А мое право поступить с тобой после этого так, как я пожелаю. И не в качестве наказания, нет. Лишь ради исполнения моего плана.
– То есть?
Если честно, я уже догадывалась, в чем именно заключается так называемый план Грегора.
Опять вспомнился мой сон. Тот момент, когда родовой камень взорвался, выплеснув всю накопленную смертоносную силу.
Я в очередной раз задумалась – а что будет, если это действительно произойдет? В моем сне взрыв был огромной силы. Не уверена, что в таком случае дворец устоит. Скорее, обрушится. И тогда под его обломками погибнет еще множество людей, не имеющих вообще никакого отношения к давней семейной трагедии бывшего короля Ардеша.
Неужели Грегор осмелится на такое?
– Еще как осмелюсь, – холодно подтвердил он, подслушав мои мысли. – И да. Ты угадала. Ваши две смерти дадут родовому камню достаточно энергии для осуществления задуманного мною. Я сотру дворец с лика земли. Уничтожу его до основания. Калеб все равно погибнет сегодня. Так или иначе.
– Но другие? – выдохнула я. – Что насчет их?
– Сопутствующие потери, – прозвучало жестокое.
Я приложила ладонь ко рту, пытаясь сдержать испуганное восклицание.
Просто в голове не укладывается! Ничего более чудовищного я никогда в жизни не слышала.
– А теперь, с твоего позволения или без оного, но я бы предпочел вернуться к начатому, – обронил Грегор. – Устал от болтовни.
Тревис настолько обессилел к этому моменту, что не закричал, а захрипел от боли, выплюнув красноватую слюну. Послышался уже знакомый мне треск нового перелома костей, и я торопливо отвела взгляд, ощутив, как к горлу опасно подкатила тошнота.
Неужели ничего нельзя сделать? Неужели это кошмар будет длиться и длиться? Сначала он покончит с Тревисом, а потом примется за меня.
– Это так несправедливо, – чуть слышно выдохнула я, изо всех сил стараясь не смотреть на то, что происходило сейчас с Тревисом.
Слишком это было ужасно.
– Хватит, – вдруг прозвучало рядом.
Одновременно с этим стены проклятого зала заискрились ярким голубоватым светом. Удивительно, но как будто стало прохладнее. Я явственно ощутила дуновение свежего ветерка.
Невидимые нити, удерживающие искалеченного Тревиса в воздухе, с тонким хрустальным звоном начали рваться одна за одной. И несчастный мужчина медленно опустился на пол. Замер около камня, не подавая ни малейших признаков жизни.
С немалым облегчением я увидела, как тьма в дальнем углу сгустилась на мгновение. А затем разродилась знакомой высокой худощавой фигурой мужчины.
– Лоуренс! – Я запнулась и тут же исправилась: – Лорд Гессен! Вы здесь!
– Лоуренс? – с недоумением повторил Грегор. – Как ты прорвался через морок? Он должен был увести тебя прочь от дворца. Твоей гибели я не желаю.