– Идем. – Дэваль опустился с ней рядом. – Идем, Селин. Он тебя предал. Идем с нами!
– Куда? – Она рассмеялась. – Все вот-вот рухнет!
– К проходу. Мы должны быть там, чтобы не позволить Лилит помешать Дару и Шарлотте. Там нас ждут друзья. Ридж так рвался спасти тебя!
– Я останусь здесь, – тихо, но твердо произнесла Селин. – С ним. С Самаэлем.
– Возьми его. Возьми, если так тебе легче, но идем!
– Зачем ты туда идешь? – Она мертвой хваткой вцепилась в мою руку. – Аида, скажи зачем?!
Я долго молчала. Дрожь превращалась в настоящее землетрясение. Снаружи слышались крики. Бросив короткий взгляд в окно, я увидела, как мелькнула тень огромной птицы.
Границы между осколками Пангеи начали стираться. У них почти получилось!
Но Селин все еще ждала ответа.
– Я хочу провести последние минуты с теми, кого люблю, – наконец ответила я.
– Вот и я так хочу. – Она сжала камень Самаэля. – Идите. Я открою портал. На это сил еще хватит.
Мы с Дэвалем переглянулись. Он кивнул, и я отстранилась. Селин, пошатываясь, поднялась, чтобы открыть портал прямиком к разлому. А потом опустилась в тот же угол, устало привалившись к стене. В ней словно не осталось никаких эмоций, только спокойное ожидание финала.
– Аида, – услышала я ее голос, когда уже почти шагнула в портал, – спасибо, что не бросила.
Я неуверенно подняла руку, прощаясь.
– Испорчу тебе жизнь в Пангее.
– Ловлю на слове, – слабо улыбнулась она.
Потом портал перенес нас прямиком на чистейший лед Байкала.
Изо рта вырвался клубок пара. Я огляделась: Тордек и Ридж стояли в отдалении. Они заметили нас, но не стали приближаться.
Дэваль сбросил куртку и закутал меня в нее.
– Вот и все, невозможная принцесса. Вот и конец. Боишься?
– Немного.
Он согрел мои губы дыханием. Я прижалась к нему и прерывисто вздохнула.
– А ты? В тебе ведь течет ее кровь. Ты тоже уйдешь?
– Не знаю. Я не знаю, принцесса. Но если вдруг… покатайся для меня здесь, в месте, где появилась смерть. В конце концов, ей мы обязаны нашей встречей.
– У меня нет коньков.
– Я попросил Риджа захватить. – Дэв помахал рюкзаком.
Я зашнуровывалась дрожащими руками, чувствуя, как дрожит под ногами лед. Здесь не было птиц из воздушного осколка Пангеи, не было пламени из огненного. Здесь был лишь лед – и небо, что в нем отражалось. И мы.
Коньки оставляли белые следы на поверхности озера.
Я никогда еще не чувствовала себя такой легкой. Такой сильной. Взмывая в воздух, я была частью мира, где птицы находились в вечном полете. Закручиваясь во вращении, превращалась в пламя, способное уничтожить все на своем пути. Выгибаясь надо льдом, вспоминала, как была балеопалом – и мечтала о звездном свете.
А когда скользила, наблюдая за восхищенным и спокойным Дэвалем, отверженным принцем Мортрума, была Аидой.