– Или? – прошептала я, чувствуя, как леденеет кровь.
– Век, – безразлично заключил он, будто сообщая прогноз погоды.
– ЧЕГО?! – мой визг был настолько громким и пронзительным, что с балок чердака разбежались все пауки.
– Успокойтесь, Аннабель, мы во всем разберемся, – его голос звучал раздражающе спокойно.
– Мы? Вы… вы… – я заикалась, пытаясь подобрать достаточно емкое слово.
– Да? – он приподнял бровь, будто приглашая продолжить.
– Болван! – выдохнула я, и это прозвучало жалко даже для моих собственных ушей.
– Если бы вы не полезли на чердак… – начал он.
– Я гналась за злоумышленником! – парировала я, чувствуя, как дрожь от адреналина сменяется новой волной ярости.
– Ладно, – он резко оборвал спор, и его взгляд стал собранным и острым. – Сейчас не время для препирательств. Нужно немедленно выяснить, где мы… или, точнее, когда мы находимся.
Я судорожно вздохнула, пытаясь совладать с паникой, и впервые за последние минуты по-настоящему огляделась.
Я лихорадочно оглядела чердак. Вроде бы все осталось как было: те же сундуки, та же паутина, колеблемая сквозняком… и все же что-то было не так. Воздух стал другим – не холодным, а теплым и напоенным ароматом старого дерева, прогретого солнцем. И свет… Свет был не тот. Из того же грязного, запыленного окна, что прежде пропускало лишь бледные лунные лучи, теперь потоками лился яркий, почти полуденный золотистый свет.
– О нет! – вырвалось у меня, правда на языке вертелись словечки покрепче, но я же воспитанная дама, к тому же в компании джентльмена…ой, да кого я обманываю. – Ядрена вошь!
Не сговариваясь, мы с магом ринулись вниз, слетая по скрипучей лестнице. Дерек по-прежнему демонстрировал миру свою… спину, но сейчас было не до приличий. Холл встретил нас подозрительной тишиной.
– Я пойду переоденусь, – отрезал Дерек. – А вы останетесь здесь и не сойдете с места. Ждите моего возвращения.
Кивать я не стала, но он, не дожидаясь ответа, уже скрылся в глубине коридора. А я и не думала его слушаться. Постояв в холле ровно столько, чтобы его шаги затихли, я рванула к парадной двери и выскользнула наружу.
Воздух ударил в лицо – теплый, пьянящий ароматом спелых яблок и нагретой травы. Я побежала по гравийной дорожке, ведущей вглубь сада. Вокруг царило прежнее запустение, заросшие кусты, нестриженная давно лужайка, а в конце аллеи, старая яблоневая аллея. Ветви деревьев гнулись под тяжестью румяных плодов, а солнечные лучи, пробиваясь сквозь листву, рисовали на земле кружевные узоры.
И там, под сенью самой большой яблони, стояла миссис Хиггинс. Она напевала что-то себе под нос и аккуратно складывала в плетеную корзину налитые соком яблоки.
– Миссис Хиггинс! Элис! – окликнула я, облегченно махнув ей рукой и делая шаг вперед. – Вы не поверите, что только что произошло!
Экономка завертела головой, пытаясь понять откуда слышится окрик. В этот момент сзади на меня набросилась тень. Чья-то сильная ладонь зажала мне рот, заглушив крик, а другая рука железной хваткой обхватила талию, прижав к мощному телу. Сердце бешено заколотилось от испуга, и я инстинктивно рванулась, пытаясь вырваться, но хватка была стальной.
– Тш-ш-ш, это я, – горячий шепот коснулся уха, и я узнала низкий, с легкой хрипотцой голос Дерека.
Я промычала что-то нечленораздельное в его ладонь, полная возмущения и страха, но он не спешил меня отпускать. Терпение лопнуло. Я стиснула зубы и с силой впилась в его палец. Он резко вздохнул, поморщился от боли и наконец разжал пальцы, освобождая мне рот.
– Тише, я же сказал, – прошипел он, оглядывая укушенную руку.
– Еще раз так сделаете, и я…
– И что? – он вопросительно приподнял одну бровь. – Искусаете меня всего?
– Я… я… – только и смогла выдавить.
– Ладно, хватит пыхтеть, – его голос прозвучал резко, но уже без злости, а с предельной собранностью. – Лучше взгляните туда!
Он развернул меня за плечи, и мой взгляд устремился вдоль подъездной аллеи, утопающей в солнечных бликах. И я увидела…
О, божечки-кошечки.
Это же была я!