– Дерек.
– Что?
– Раз уж мы, теперь родственники, – усмехнулся он, – можете называть меня просто Дереком.
– Просто Дерек, или кузен Дерек? – иронично заметила я.
– Как вам будет угодно миледи.
– О… хорошо… Дерек… – кивнула я, нервно закусывая губу. – Я… мы с Виктором не… Все, что вы обо мне знаете, – это неправда. Я не та, за кого вы меня принимаете.
Ух. Ну вот, почти призналась.
– Я уже начал это понимать.
– Что? – я от удивления выдохнула. – Но… как?
– Вы не такая. Не похожи на прожженную, циничную аферистку. Хотя, – он скептически приподнял бровь, – возможно, вы просто блестящая актриса.
– Я не вру! – страстно воскликнула я.
– Допустим. Значит, вы попали в безвыходное положение. Вам отчаянно нужны были деньги, и вы вынуждены были… продавать себя. Даже честные люди, поверьте, могут оказаться на дне, лишившись дома, средств…
– Вы не поняли! – поспешно перебила я его, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони.
– Позже поговорим. Сейчас не время, – он резко поднялся, его тень, удлинившись, поглотила половину стены. – Нам пора.
Солнце уже полностью скрылось, окрасив небо в густые лиловые сумерки. Мы выждали еще немного в тени яблонь, пока последние отблески дня не угасли, и лишь тогда крадучись вернулись в особняк. На чердаке было пусто и тихо. Дерек накинул на злополучные часы ту самую пожелтевшую простыню, скрыв их от посторонних глаз.
– И что вы с ними будете делать? – тихо спросила я.
– Увезу. В надежное место, – заявил он. – Артефакт слишком опасен, чтобы пылиться здесь. Такие вещи не должны попадать в руки случайных людей.
– Что ж…так будет правильно, – согласилась я.– Я пожалуй пойду…может удастся уснуть…надеюсь…
Я судорожно вздохнула, дожидаясь его кивка.
– Сладких снов, Аннабель,– пожелал он.
– Спокойной ночи…кузен Дерек,– хмыкнула я и поспешила в свою спальню, и странное дело – она больше не казалась мне холодным склепом. Никаких подозрительных звуков, даже тени горгулий застыли в безмятежных очертаниях. Я укрылась одеялом и га удивление погрузилась в глубокий, безмятежный сон, не прерываемый кошмарами.
Утром я умылась прохладной водой, тщательно, пусть и без помощи горничной, уложила волосы и спустилась к завтраку. К моему удивлению, герцог уже сидел за столом. Мы позавтракали в почти комфортном молчании, которое нарушил он.
– У меня есть к вам предложение, – сказал он, отставив чашку. – Оно может разом решить все наши разногласия. Но прежде, давайте вернемся к вчерашнему разговору, я выслушаю вас, а потом надеюсь, вы согласитесь на…
В этот момент дверь в столовую отворилась, и на пороге возникла миссис Хиггинс. В ее руках был пышный букет нежных садовых роз, а в другой – изящная коробка конфет в форме сердца.
– Это для вас, леди Аннабель, – произнесла она, ставя презенты передо мной с каменным лицом. – Только что доставили. Карточка прилагается.
Мои пальцы дрогнули, когда я взяла маленький конверт. Из него выскользнула визитная карточка, на которой было выведено корявым детским почерком:
Прелестной соседке леди Аннабель – с восхищением и надеждой на скорое свидание. Искренне ваш, Александр Браун.
В столовой повисла звенящая, обжигающе ледяная тишина. Я чувствовала, как по спине бегут мурашки. Дерек, сидевший напротив, медленно отодвинул свой стул. Его лицо, еще секунду назад бывшее открытым и приветливым, снова застыло в непроницаемой, холодной маске. Его взгляд скользнул по цветам, по дурацкому алому сердцу, а затем устремился на меня.
– Не успела появиться, а уж соседских джентльменов соблазнять принялась, – проворчала миссис Хиггинс. – И конфетки… сердечком, фамильярность-то какая.
– Это недоразумение! – тут же воскликнула я, чувствуя, как горит лицо. – Мистер Браун даже не знает о моем существовании! Это его дочка, Джоди, она вчера говорила, что хочет нас познакомить… Наверное, это ее шалость!