– Аннабель, умоляю вас, побудьте с ней! – он почти не дышал, слова вылетали пулеметной очередью. – Я… мне нужно… Сейчас! Просто посидите с ней, пока меня не будет!
Не дожидаясь ответа, он развернулся и буквально вылетел из комнаты. Я слышала, как с грохотом захлопнулась входная дверь, и в доме воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая лишь всхлипываниями испуганной Джоди и тяжелым, хриплым дыханием бредящей в жару Эмили.
Я осталась стоять посреди комнаты, совершенно растерянная. Гротескная траурная вуаль, приколотая к волосам, сейчас казалась жутко неуместной, я с силой вцепилась в черное кружево и стянула ее с себя. Несколько шпилек упали на паркет.
– Ладно, разберемся потом, сейчас главное помочь бедняжке Эмили,– деловито заявила я.– Джоди, что у вас есть из лекарств?
– У нас есть настойка из болотных ягод, кухарка прячет в посудном шкафу, – выдала малышка. – Говорит это лучшее средство от плохого настроения.
– Тащи все что найдешь, – проговорила я.– А я пока сделаю компресс. Нужно нагреть воды, где у вас тут кухня?
В огромных, полных слез детских глазах вспыхнула надежда.
– Она же не… не умрет? – прошептала она, и ее голосок дрогнул. – Эмили такая хорошая… Я не хочу, чтобы ее приходилось… поднимать. Пусть она лучше просто будет живая…
Слова давались ей с трудом, но я и так все поняла.
– Все будет хорошо, – клятвенно пообещала я, хотя в душе совершенно не была в этом уверена.
Ночь тянулась мучительно долго. Я смачивала полотенце в тазу с прохладной водой и прикладывая ко лбу Эмили, чье тело пылало, как в огне. Бред не отпускал ее, и в тишине комнаты ее бессвязный шепот звучал зловеще. Малышка Джоди отказывалась идти в детскую, но усталость все же победила и мне удалось уговорить ее умыться и отправиться спать.
Я оказалась в патовой ситуации: бежать в город за помощью было нельзя – не оставить же Джоди одну в доме, где лежит беспамятная больная. Тащить ребенка в ночь – безумие, да и оставлять Эмили без присмотра – страшно.
Остаток ночи я провела, тревожно меряя комнату шагами и лишь к утру незаметно для себя задремала в кресле. Проснувшись на рассвете, я тут же бросилась к Эмили, надеясь, что ей стало лучше, но, к сожалению, бедняжка все так же металась в бреду.
Злость на мистера Брауна копилась во мне с каждой минутой. Где он? Как он мог бросить нас?
Измученная, я спустилась на кухню, чтобы вскипятить воды. И в этот момент скрипнула входная дверь. Сердце екнуло, застыло, а затем забилось в лихорадочном ритме. Облегчение, острое и всепоглощающее, волной накатило на меня.
– Ну наконец-то! – сорвалось с губ, пока я шагала в прихожую.
Но в дверном проеме стоял не Александр, а…его светлость, герцог Стилнайт. Слегка растрепанный, в помятой вчерашней рубашке.
Он в ней спал что ли?
Маг окинул меня тем пронзительным, оценивающим взглядом, который казалось должен был прожечь насквозь. И тут что-то во мне надломилось. Вся усталость, весь страх, все отчаяние этой долгой ночи вырвались наружу. Ноги сами понесли меня вперед, я кинулась к нему, обвила его шею руками и прижалась к жесткой ткани его сюртука, глухо прошептав:
– Ты… Вы… Я так рада, что вы здесь…
Он застыл от неожиданности, его руки повисли в воздухе. Никаких объятий в ответ не последовало, лишь напряженное, ошеломленное молчание. Но в тот миг мне было достаточно и этого. Он был здесь. Значит, не все потеряно.
– Чего ж вы раньше-то не пришли? – вырвалось у меня, голос все еще дрожал от пережитого волнения.
– Думал, вы остались здесь на ночь, – его губы искривились в знакомой холодной усмешке. – Уже, значит, успели обжиться у нового поклонника.
Вся та радость и облегчение, что секунду назад переполняли меня, мгновенно испарились, сменяясь обидой и кипящей злостью. Неужели маг настолько дурного мнения обо мне, что считает способной на такое?!
Но ведь он пришел. Сквозь все свои предубеждения и колкости – он все же появился на пороге.
– Но вы все же явились! Пришли за мной! – воскликнула я.
– Что ж, – он пожал плечами. – Решил удостовериться, что с вами все в порядке. Вдруг вы попали в логово маньяков, а эти добропорядочные соседи… кто их знает, что у них на уме.
– Да вы просто… вы… – я задохнулась от негодования, не в силах подобрать слово.
– Кто? – поднял он бровь, явно получая удовольствие от моей реакции.
– Болван! – выпалила я.