Про плохое думать я не желала.
– Все будет хорошо, – вновь пробормотала я себе под нос. – Все образуется…
Постояв немного у изголовья кровати, я внезапно осознала, что сама еле держусь на ногах, день полный неприятных событий и насыщенная бессонная ночь давали о себе знать. Изможденная, я опустилась в кресло, полная решимости стойко ждать первых признаков улучшения состояния Эмили. Но усталость – тяжелая, неумолимая – накрыла меня с головой. Я не заметила, как тревожные мысли уступили место глубокому, беспробудному сну.
Я проснулась от того, что сквозь сомкнутые веки ударил ослепительный, почти осязаемый поток солнечного света. Сердце упало – неужели я проспала до самого обеда, оставив больную без присмотра? Вскочив на ноги с колючим комом в горле, я замерла, услышав слабый, но совершенно отчетливый голос:
– Леди Аннабель..
Эмили лежала на подушках. Её лицо, хоть и оставалось бледным, как мрамор, больше не искажала маска страданий. Глаза, ясные и осмысленные, смотрели на меня, а на губах дрожала слабая, но все же улыбка.
– Я… я, кажется, проголодалась, – прошептала она, и для меня это прозвучало прекраснее любой музыки.
– Сейчас, милая, сейчас! – выдохнула я, срываясь с места. Сердце пело от радости. – Я принесу тебе что-нибудь вкусненькое. Погоди чуток…
Я стремительно сбежала по лестнице в кухню, где застала миссис Хиггинс, расставлявшую на столе только что испеченные, румяные ватрушки, от которых вкусно пахло творогом и ванилью.
– Элис, она пришла в себя! – воскликнула я, едва переводя дух. – Эмили проснулась и просит есть! Можно сварить для нее куриный бульон?
Экономка, обычно невозмутимая, тут же просияла от радости.
– Уже поставила, миледи, с утра томится, – кивнула она в сторону кастрюли на плите, откуда тянул душистый пар.
В этот момент на кухню влетела, словно маленький ураган, Джоди. Ее глаза блестели энтузиазмом, а золотые спутанные кудряшки стояли на голове нечесаным колтуном, сверху которого был повязан полураспустившийся атласный бант.
– Пахнет вкусно! – объявила она и, заметив меня, бросилась обнимать так стремительно, что я едва удержала равновесие. – Аннабель, ты здесь! А мы тут играли с…
Она поймала предостерегающий взгляд экономку и тут же прикусила язычок.
– Играли с…Берти!– тут же нашлась малышка.– Хотели…я хотела тебя позвать, а ты была у Эмили, я заглядывала к ней, она спала…когда же она наконец проснется?
– Солнышко, но у нас отличные новости! – я присела перед ней. – Мисс Эмили стало полегче.
Личико Джоди озарилось такой безудержной радостью, что оно, казалось, могло осветить всю кухню. Она схватила с тарелки две ватрушки и, не выпуская их из рук, помчалась обратно к лестнице.
Миссис Хиггинс, помешивая бульон, обернулась ко мне. На ее лице застыло выражение, в котором смешались страх и странное удовлетворение.
– Я ведь только что с рынка, миледи, – начала она, понизив голос, словно боясь, что стены услышат. – Там только и разговоров, что о нашем лекаре! Доктора Тодда полиция арестовала, и будто бы не просто так, а за пакостничество какое-то крупное. Говорят, творил он сомнительные делишки, совсем непотребные!
Она вытерла руки о фартук, а на впалых щеках выступил румянец от возбуждения.
– Горожане-то уж разошлись не на шутку! Один кричит, что доктор скупщик краденых артефактов, другой – что порчу на богатых клиентов наводил за золото. Третьи и вовсе шепчутся, будто он с призраками старых кладбищ сделки заключал! Чего только не наслушаешься…
Элис тяжело вздохнула.
– Но это еще цветочки, леди Аннабель. Потом, ближе к полудню, в городе маги появились. Не наши, местные, а столичные, видать. Весь берег реки оцепили, ходят в длинных мантиях, с хрустальными жезлами, анализы какие-то проводят. И кордон магический установили – синий такой, светящийся, чтобы никто близко не подходил. Ох, Господи… – она сокрушенно покачала головой. – Что же это делается-то? Что вообще происходит? Мир с ума посходил, ей-богу!
– Все будет хорошо, – улыбнулась я, радуясь что все плохое осталось позади. – А вы не видели…
– Его светлость в кабинете старого герцога сидит, с утреца там копашится,– хмыкнула Элис.
– Я просто хотела…
– Да полно те вам, что я не понимаю, что ли? Дело молодое… ладно уж, бегите к нему. А бульчончик мисс Эмили я сама отнесу и покормлю болезную нашу.
Я поблагодарила экономку и заглянула в свою комнату, чтобы быстренько освежиться и привести себя в порядок, впервые пожалев, что не взяла с собой красивое нарядное платье и украшения. Почему-то именно сейчас отчаянно захотелось прихорошиться. Пришлось ограничиться простой прической и просто чистым платьем. Немного покрутилась перед зеркалом, чуть покусала губы, придавая им алый оттенок, после чего вздохнула и направилась в кабинет покойного хозяина дома. Нужно ведь сообщит Дереку, что элексир подействовал.
Зайдя в просторную комнату, я сразу же увидела мага. Он стоял у камина, спиной ко мне. Яркое полуденное солнце золотило его белоснежные волосы, а силуэт, стройный и мощный, казался высеченным из мрамора. Он был прекрасен, как сама магия, что он собой являл.