Услышав мои шаги, он обернулся. В его глазах, обычно холодных, сейчас плясали золотые искры света.
– Воду в реке будут очищать, – сказал он без предисловий, как будто мы и не прерывали разговор. – Маги-биоэнергеты уже работают. Рядом развернули полевой госпиталь. Всех, кто пострадал от токсина, вылечат.
– А фабрика? – тут же спросила я, подходя ближе. – «Гелиос-Индастриз»?
На его губах появилась тонкая, безжалостная улыбка.
– С этим сложнее. Следственная комиссия из столицы уже выехала на фабрику. Собрать доказательства не составит труда – артефакты не умеют лгать. Их будут судить. И всех, кто им потворствовал, – его взгляд стал острым. – Вроде нашего доброго доктора Тодда.
– А много… много таких, как этот мерзавец? – выдохнула я, уже предчувствуя горький ответ.
– Достаточно, – тихо подтвердил герцог, делая шаг ко мне. – Будем ждать результатов расследования, но я почти уверен – соучастников найдется немало. И все они, увы, облечены властью.
– Как они могли? – прошептала я.– Доктор Тодд и другие… они же жили здесь, среди нас. У них есть близкие, друзья… А на их совести столько смертей. Дочка миссис Хиггинс… твой кузен…
– Знаешь, мы с Виктором практически не общались, – в голосе Дерека сквозила грусть. – Если не считать тех подачек, что он униженно принимал от меня, лишь бы иметь возможность платить жалование экономке и как-то существовать. Все земли ушли с молотка, он унаследовал одни долги. Даже титул перешел ко мне, как к старшему наследнику мужского пола. От былого величия Стилнайтов не осталось ничего. А когда Виктор умер… я даже не поинтересовался, почему. Решил – простыл, заболел… он ведь был всего лишь человек. Так я думал. Если бы мы были ближе…
– Но ты не мог этого знать, – мягко возразила я.
– Нет. Но мог бы поинтересоваться. Если бы проявил меньше гордыни и больше простого человеческого участия. Жаль, что понимаю это лишь теперь.
– Никто не виноват, кроме тех, кто травил реку, – убежденно сказала я.
– Нет, Аннабель. Виноваты и те, кто оставался равнодушным. А ты – не была. Ты проявила сострадание к совершенно незнакомым людям. Ты не прошла мимо.
– И чуть не поплатилась за это жизнью, – с горькой иронией напомнила я.
– Да, – его взгляд скользнул по моим губам, и я невольно устыдилась, что так яростно кусала их, чтобы сделать чуть пухлее и розовее. Наверняка он это заметил. От мага не укроется даже такая мелочь. – Ты рисковала. Но, спасла сотни других.
Я не нашлась, что ответить. Слова застряли в горле, смешавшись с комом непролитых слез. В этот миг его пальцы коснулись моей щеки – легкое, почти невесомое прикосновение, от которого по коже побежали трепетные мурашки.
– Ты – удивительная, – прошептал Дерек, и в его голосе послышалось что-то вроде восхищения. – И совершенно прекрасна.
Я смущенно опустила глаза, не зная, как реагировать на этот первый из его уст комплимент. Мой взгляд упал на смятый конверт из плотной коричневой бумаги, который маг держал в правой руке. Сургучные печати на нем были сорваны.
– Ты разбирал бумаги дедушки? – спросила я, чтобы сгладить неловкую паузу.
– Он мне не… – начал он с привычной гримасой, но я его опередила.
– Старого герцога, – поправилась я. – Нашел что-нибудь интересное?
– Да, весьма, – кивнул маг. – Помнишь, я рассказывал, что старый хрыч заложил все земли перед смертью, а отец Виктора не смог их вернуть назад? Мне пришлось перекупать их у банка.
– Помню.
– Так вот, я нашел его личную бухгалтерскую книгу. И покопался в старой переписке. Оказалось, герцог прикупил на теневом аукционе Хронофаг ,те самые часы, что мы нашли на чердаке, за весьма баснословные деньги, для разорившегося аристократа. Правда, в описании лота было указано, что стрелок у них не было, и свое предназначение артефакт исполнить не мог. Чисто предмет мебели, диковинка для коллекции.
– Ты же говорил, старый хр…герцог ненавидел магию и всё что с ней связано.
– Тут начинается самое интересное. Это особый артефакт, Аннабель. Те, кто его создавал, обладали знаниями, утраченными даже для большинства альвари. – взгляд Дерека стал отрешенным, будто он видел не стену перед собой, а далекое прошлое. – Но как я уже сказал, без стрелок Хронофаг не мог исполнить своё предназначение, старый хрыч это знал, и пытался починить артефакт. Я нашел переписку с неким мастером, который был готов взяться за работу. Выковать стрелки. Но для этого ему требовалось… сердце живого хроносомрака.
Я невольно ахнула. Хроносомраки считались легендой, химерами времени, чье сердцебиение, как говорили, могло ускорять или замедлять само течение мгновений.
– Старик каким-то чудом его раздобыл, – продолжил Дерек, и в его голосе прозвучало ледяное восхищение, смешанное с отвращением. – Не без помощи наемников, конечно. Мастер выковал две стрелки, но доставили их в поместье уже после смерти герцога. Я нашел конверт, отправленный магической почтой, вместе другой с обычной корреспонденцией за этот месяц. Все лежало грудой бумаг в старой заплесневелой коробке. И знаешь, что самое странное?
Дерек посмотрел на меня, и в его глазах зажегся тот самый опасный огонек, который я уже видела.
– Конверт вскрыли. Уже после смерти герцога. Кто-то достал эти стрелки… и вставил их в часы на чердаке.