– Виктор, прекратите, умоляю! – взмолилась я. – Ваш кузен Дерек не имеет к этому ни малейшего отношения!
– Хочешь сказать, что не знакома с ним? – язвительно бросил он.
– Мы… да, я его знаю, – вынужденно призналась я, чувствуя, как горит лицо.
– Вот видишь! – торжествующе воскликнул лорд Стилнайт. – Вы сговорились, да? Одна мерзавка сбежала, обчистив меня до нитки… а я ведь любил ее…
– Виктор, послушайте…
– Разорил меня, этот белобрысый прощелыга, чтобы прибрать к рукам Блэкхилл-холл? Он давно на него позарился! Но отец завещал стоять насмерть за последний оплот нашего рода! Мы не сдадим дом врагам!
– Врагам? – опешила я. – Вы называете так собственного кузена? За что? За то, что он содержит вас, оплачивая долги? За то, что выкупил ваши же земли, не дав им уйти с молотка к чужим людям?
– Он все прибрал к рукам! Украл моё наследие!
– А вы скажите еще, что это он спустил состояние Стилнайтов, растратил все до последней монеты, оставив вам старый покрытый плесенью каменный дом! – не выдержала я. – Бросьте, Виктор, вы говорите не своими словами – это в вас говорит ненависть вашего деда! А вы… что лично вам сделал кузен?
– Я… ты… – лорд растерялся. – Он подослал тебя… сводит меня с ума… вы так похожи…
Виктор снова схватился за голову, будто пытаясь вырвать из нее навязчивую идею.
– Лорд Стилнайт, я скажу вам кое-что. Не всю правду, простите, я не могу. Но самую суть. И вы дадите мне слово, что ровно год будете хранить молчание. Иначе… честно, я не знаю, что произойдет. Но я верю в вас. Искренне верю.
– Верите? В меня? – он горько усмехнулся. – Я – пропащий человек, последний отпрыск загнивающего рода.
– А я верю, что это не так. Докажите, что еще не все потеряно. Давайте вместе изменим вашу судьбу. И не только вашу. Все сейчас зависит от вас. Будьте серьезны и помогите мне.
– Хорошо, – наконец выдохнул он, и в его взгляде промелькнула решимость. – Я слушаю.
И я рассказала ему. Часть правды, опуская самые страшные детали, выстраивая историю так, чтобы ее можно было принять.
– И скажите кузену… Скажите, что фабрика «Гелиос-Индастриз» сбрасывает эфириальные отходы в реку. Она травит воду. Из-за этого гибнут люди. Вы должны остановить это. Пока не стало слишком поздно.
Произнеся это, я почувствовала, как по телу разлилась ледяная пустота, будто я только что перерезала невидимую нить, связывающую меня с собственным будущим. Я изменила ход истории. Если Виктор послушает меня, он выживет. Он спасет десятки жизней.
Он действительно выслушал меня, затаив дыхание, и кивнул, дав обещание.
Но эта победа была отравлена горечью невероятной цены. Предупрежденный об опасности, Виктор Стилнайт не умрет через год. Он не оставит завещания на имя несуществующей жены. А значит, та тончайшая паутина событий, что привела меня в этот дом – к Дереку, – никогда не будет соткана. Наша встреча, наши объятия…все это растворится в небытии, как будто ничего и не было.
– Прощайте, милорд, – бросила я через плечо, отчаянно сдерживая слезы. – И помните мои слова!
Не оглядываясь на ошеломленного Виктора, я выбежала из кабинета и помчалась по темным коридорам, сжимая в спятившей ладони ключ к своему возвращению. Мое сердце колотилось не только от бега, но и от осознания того, что я только что переписала судьбы десятков людей, возможно, навсегда стерев среди них и свою собственную.
Ворвавшись на чердак, я обнаружила Кенни, съежившегося в углу. Увидев меня, он вскочил, его глаза были полны страха и немого вопроса.
– Вставляй! – только и успела выдохнуть я, протягивая ему магические стрелки.
Мальчик, не теряя ни секунды, ловко вставил их на место. Механизм издал тихий, удовлетворенный щелчок, будто давно ждал этого момента. Я, не колеблясь, рванула стрелки, переводя их на год вперед – в мое настоящее.
Мы крепко обнялись с Кенни и мир снова поплыл, знакомый вихрь света и звука поглотил нас, вырвав из прошлого и вышвырнув в нашу новую реальность.
Глава 13
Сознание вернулось ко мне медленно и неохотно. Я лежала в собственной постели, утопая в мягких подушках. Вокруг царила уютная атмосфера родной спальни. Сердце замерло на мгновение – неужели всё, что со мной произошло, было всего лишь невероятно ярким, волнующим сном?
Внезапно дверь скрипнула, впуская в комнату неровный свет свечи. В его трепетном кружеве возникла знакомая фигура в пеньюаре.
– Доченька, я услышала, как ты ворочаешься и стонешь, – тихо сказала матушка, подходя к кровати. Её чепец с кружевными оборками слегка съехал на бок, демонстрируя тугие завитки кудрей на шёлковы ленточках. —Тебе нехорошо?